Книга На седьмом небе, страница 54 – Лора Павлов

— Надеюсь, никого из нас не снесет, — прошептала я.

— Да, так было бы куда проще.

Я отступила, подняла руку в прощальном жесте, достала ключ из сумочки и вошла в дом.

Прошептала себе под нос мантру, чтобы успокоить нервы.

Пожалуйста, пусть это будет худший поцелуй на свете.

Пожалуйста, пусть это будет худший поцелуй на свете.

Пожалуйста, пусть это будет худший поцелуй на свете.

Мало ли — вдруг повезет.

Кларк

Я был чертовски рад, что мы с Элоизой на следующий день оба пришли в норму, и я оказался достаточно жив, чтобы выдать приличную тренировку — даже если она настаивала, чтобы я притормозил после сорока восьми часов в отключке. Я компенсировал это, врубив в зале громкую клубную музыку и наконец-то заставив ее потанцевать со мной.

Считаем это победой.

И как бы я ни старался сосредоточиться на возвращении к работе, в голове крутилась одна-единственная мысль — впечатлить ее до чертиков.

Честно говоря, она куда сильнее переживала, «куда все это зайдет», чем я.

Я не забегал далеко вперед. Мы нравились друг другу. Нас тянуло друг к другу. Я просто хотел посмотреть, что из этого выйдет.

Дело было не в сексе. Тут что-то глубже — нутром чувствовал.

Если это выльется во что-то, от чего мы не захотим отказаться, будем решать по ходу дела.

Но я уж точно не собирался говорить ей это вслух и пугать ее.

Она рассчитывала, что поцелуй окажется паршивым, а я рассчитывал целовать ее, пока у нее не заноют губы.

Я знал: паршивым он не будет.

Хотя да, она права: было бы куда проще, окажись поцелуй отвратным, и мы бы остались просто друзьями.

Но в это я не верил.

Время покажет.

Я подъехал к ее дому и трусцой добежал до двери.

Я, мать его, волновался. Мы почти каждый день проводили вместе, но мне все было мало. Когда ее не было рядом, я скучал.

Это не имело смысла.

Утром я поговорил с мамой, и она помогла мне придумать пару идей для свидания. Я никогда еще не хотел произвести впечатление так, как хотел произвести впечатление на Элоизу.

Разумеется, мама с радостью включилась.

Для меня это было впервые: я никогда не привлекал ее к своим свиданиям. Но мама — безнадежный романтик и мы оба сошлись на том, что приготовить ужин у меня дома и поесть у воды — хорошая идея.

Просто, но романтично.

А потом, конечно, вписались братья, подключились Лулу с Хенли, так что, хоть я и вез Элоизу ко мне, я постарался сделать все особенным.

Она этого достойна.

Даже если все ограничится одним вечером и дальше она не захочет — минимум, что я мог, — устроить ей красивый вечер.

Я постучал. Когда она открыла, мне стоило труда сохранять спокойствие.

На ней было длинное синее платье по щиколотку и ее любимые ковбойскиесапоги. Волосы мягкими волнами лежали на плечах. Она была самой красивой женщиной из всех, кого я видел.

Я так подумал в первый же день и с тех пор думаю ежедневно.

— Ты шикарна, — сказал я, взяв ее за руку. Она закрыла дверь, и мы пошли к пикапу.

— Спасибо. Кажется, с переезда в Роузвуд-Ривер я живу в шортах и футболке, так что было приятно хоть немного принарядиться, — она усмехнулась, а я открыл пассажирскую дверь, обхватил ее за талию и легко посадил на сиденье.

— Тебе все идет, Уиз, но это платье — вообще огонь.

— Раз уж это разовая история, почему бы не развлечься? — рассмеялась она.

Я обошел к водительской, стараясь не зацикливаться на том, как в ее голосе звучала надежда, что это «один раз и все».