Книга Без ума от любви, страница 28 – Лора Павлов

Мне нужно было это исправить.

Эмилия

Первое декабря и официально началась моя любимая пора. Свежий морозный воздух, первый слой белого снега на дальних горах — будто картина.

Сегодня утром я ездила верхом с Лулу, Элоизой и Хенли. Это становилось нашей традицией. Лулу на этот раз удивила нас — притащила в рюкзаке шампанское и апельсиновый сок, и мы пили мимозы у воды, укутанные в шарфы. Потом поехали по тропе вокруг горы. Разговаривали, смеялись, и они снова предложили отказаться от семейного ужина у Чедвиков в мою поддержку. Таких преданных подруг у меня никогда не было. Я настояла, чтобы они пошли: я ведь никогда не просила их бойкотировать пиклбол или воскресные ужины. Но я ценила их верность.

Бриджер до сих пор не извинился. Я его не видела и не слышала с тех пор, как он прислал мне унитаз. Я уже смирилась: скорее всего, извинений я не дождусь. А моим подругам пора возвращаться к их семейному укладу.

Я же надеялась хотя бы на спокойный ужин с собственной семьей. Джакоби вернулся домой, и мама будет засыпать его вопросами о новой партнерской должности в юридической фирме. Мой брат всегда был «золотым мальчиком» в нашей семье. Его девушка Шана, визажистка и модель, недавно переехала к нему в Нью-Йорк.

По крайней мере, разговоры будут о них и их блестящей жизни в Большом яблоке, а не обо мне и Vintage Interiors, в который, увы, пока никто не позвонил.

На этой неделе я вложила деньги в рекламу в Rosewood River Review — газете, что принадлежала моей семье. Месячный разворот съел приличный кусок моих сбережений, потому что я заплатила полную цену. Никаких поблажек — спасибо. Хотя, если честно, никто и не предлагал.

Я вошла в дом, где выросла, сняла длинное тяжелое пальто и повесила в шкаф. Старый ранчо-дом все еще был обставлен так же, как в мое детство. Я давно мечтала обновить его, но мама не торопилась с ремонтом, и я перестала настаивать.

В воздухе пахло чесноком и свежим хлебом, из колонок тихо играла музыка.

— Привет, — сказала я, входя в кухню. — Я пришла.

Джейкоби обернулся, его лицо просияло. Мы всегда были близки, но он был занят, и с тех пор, как закончил юрфак и переехал в Нью-Йорк, мы виделись редко. На День благодарения он тоже не приехал — они с Шаной летали на Гавайи.

— Смотри-ка, сестричка. — Он крепко меня обнял.

Я отстранилась,и Шана поспешила меня обнять тоже. Она была выше меня почти на голову, высокая, стройная, с собранными в изящный пучок светлыми волосами. Потрясающе красива.

Мама всегда млела рядом с ними — выглядели они и правда так, будто только что сошли с обложки. Брат был чуть выше Шаны, у нас обоих темно-каштановые волосы и голубые глаза.

— Эмилия, как здорово тебя видеть! Нам столько нужно обсудить, — сказала она.

— Она вся извелась, ждала тебя, — добавил Джейкоби, а бабушка улыбнулась мне с места за кухонным столом.

Я подошла к ней, обняла и поцеловала в щеку. Я обожала бабушку и ненавидела, что ей теперь тяжело передвигаться.

Мама подошла, обняла меня и оглядела с ног до головы, задержав взгляд на моем бархатном платье изумрудного цвета. Я потратилась на него — собиралась в нем на фотосессию для профиля моего нового бизнеса. И под «фотосессией» я подразумевала, что Лу одолжит камеру и щелкнет меня в десяти ракурсах. Она умела снимать, а мне нужно было хоть что-то приличное для соцсетей и сайта.