Книга Просто моя, страница 105 – Лора Павлов

Он взял весла и повел каноэ обратно к моему дому.

— Так что теперь? У нас был крышесносный секс, а завтра ты уезжаешь. Может, стоит поставить точку прямо сейчас?

— Ни черта подобного, — сказал он. — У нас был уговор — до завтра. Так что я никуда не денусь до завтрашнего дня.

— Я думала, ты уже исчерпал все трюки. Секс в каноэ, без купания в воде, под звездным небом. Не представляю, чем это можно переплюнуть.

Он усмехнулся и продолжил грести. Я смотрела, как при каждом движении напрягаются мышцы его груди и рук.

— Ты еще ничего не видела.

Я откинулась назад и на минуту закрыла глаза, позволяя себе прочувствовать все. Я обнажила перед этим мужчиной душу — и ни о чем не жалела.

Было хорошо наконец обрести голос.

И теперь, когда он у меня появился, я не соглашусь ни на что меньшее, чем то, чего действительно хочу.

Даже если это значит, что я не смогу получить это с мужчиной, которого люблю.

Я смотрел на Шарлотту, пока она спала. Темные волны волос разметались по подушке. Длинные ресницы лежали на щеках, а полные губы дразнили, словно звали попробовать их еще раз. Быть рядом с ней и не прикасаться — это оказалось почти невозможно. А она ясно дала понять, что дальше так продолжаться не может. Она знала, чего хочет.

Несбыточную мечту.

Значит, вот и все. Мы не спали до рассвета. Вернулись домой, нажарили блинов и снова занялись сексом. Потом вместе лежали в ванне. И черт возьми, как же мне теперь нравилась горячая ванна после секса.

Кто, мать его, знал, что так бывает?

Потом мы задремали. Точнее, она. А я лежал и смотрел, как она спит, словно какой-то чертов маньяк. Потому что уйти от нее оказалось куда труднее, чем я себе представлял.

Она сказала, что любит меня. А я едва не сказал это первым.

Дело было не в том, что я этого не чувствовал.

Дело было в том, что я не верил, что смогу оправдать эти слова.

Одна мысль об этом пугала до дрожи.

Слишком много шансов все испортить.

Подвести ее. Потерять ее. Причинить ей боль.

К черту.

Я слишком хорошо знал, как легко поезд сходит с рельсов.

Часть меня хотела сбежать, как последний трус. Разве не так Нэн и Джилли меня и называли?

Я ненавидел прощания.

Но так с ней я бы не поступил.

Не смог бы.

Я отвел прядь волос с ее лица, и она улыбнулась. Во сне, черт возьми. Девушка улыбнулась от того, что я к ней прикоснулся.

Она была настоящим ангелом.

Она придвинулась ближе, устроив голову у меня на плече. Я обнял ее и вдохнул ее запах.

Мое тело расслабилось рядом с ее телом.

Ее ровное дыхание убаюкивало, пока мои глаза не закрылись.

И сон наконец забрал меня, дав передышку от пытки собственных мыслей.

Матрас шевельнулся, и я дернулся, мгновенно проснувшись от паники — ее тепло исчезло.

— Прости, я не хотела тебя разбудить. Уже полдень.

— Черт. Мне нужно заехать попрощаться с мамой и Нэн, а потом выезжать, — я провел ладонью по лицу.

Джилли и Гарретт сегодня утром улетели в Мексику в свадебное путешествие, так что хотя бы с одним прощанием можно было не мучиться.

Я никогда не понимал смысла прощаний.

Они всегда казались чем-то окончательным. Если ты уезжаешь ненадолго, а не навсегда — зачем вообще это проговаривать?

Просто знай, что вы скоро снова увидитесь.

Зачем все эти формальности и печаль, если это не навсегда?

— Ладно. Я сделаю тебе кофе и заверну бейгл с собой.