Книга Бьющееся сердце, страница 90 – Лора Павлов

Кинг: А если в конце концов она решит остаться? С чего ты вообще взял, что она уедет?

Я: Потому что она приехала сюда после того, как отменила свадьбу с последним ублюдком. А я — просто тот, кто под рукой. Временный вариант. И я переживаю за Катлера. Он слишком к ней привязался.

Кинг: Ты не «временный», брат. Ты — эталон. И она это знает. Она умная. Но, черт, я все равно обожаю бостонский чаудер.

Хейс: Кого вообще волнует твой чаудер, идиот?

Ривер: По сути, вы оба с Катлером к ней привязались. И, по-моему, тебя это пугает до чертиков. Не убегай от этого, брат. Борись.

Ромео: Ты говорил с ней о том, чтобы она осталась?

Кинг: Конечно, нет. Это было бы слишком логично. Может, тебе записку на стикере оставить?

Я: Надеюсь, сегодня тебя ужалит пчела прямо в член, Кинг. 🐝

Хейс: Если это — настоящее, борись, брат. Вторых шансов не будет.

Я: Давайте поговорим в спортзале за обедом. Мне пора работать.

Ривер: Помни, брат, мы с тобой.

Хейс: Вместе до конца.

Кинг: Братья навсегда.

Ромео: Преданность всегда.

Ривер: Навсегда, друг.

Я покачал головой, глядя на слова, вытатуированные у себя на плече. То, чем мы всегда жили. Я знал, что они за мной, и это немного успокаивало.

Я отложил телефон и вернулся к работе — крепил шиплап на большую стену в столовой, которую мы собирались выкрасить в сатиновый черный.

В голове крутились их слова. И я понимал, что они правы.

Мы с Эмерсон действительно проводили вместе слишком много времени. Но она с самого начала дала понять: она не останется. Ей нужен был новый старт в новом городе.

А я — просто временный вариант.

Промежуточная остановка перед ее следующим пунктом назначения.

И сначала меня это устраивало. Я ведь тоже не искал ничего серьезного.

Но теперь… теперь я уже не был в этом уверен.

Она идеально вписалась в мою жизнь. В жизнь моего сына.

Мы втроем существовали в каком-то удивительном балансе, которого я никогда раньше не знал.

С Тарой такого не было. Никогда.

Она была несчастна сразу после рождения Катлера.

Раздраженная. Озлобленная.

Я научился стоять на ногах сам. И мне это нравилось. Никто не мог подвести, потому что я ни на кого не рассчитывал.

Но я сам открыл эту дверь. И она меня удивила.

С Эмерсон все стало лучше. Во всем. И это пугало меня до чертиков, потому что привязываться к ней — было опасно.

Особенно когда у меня есть Катлер, о котором я должен думать.

Телефон завибрировал в заднем кармане. Я вытащил его и взглянул на экран.

Эмерсон: Привет! Только что закончила интервью в Boston Children's, и все прошло отлично. Сказали, что были впечатлены моими рекомендательными письмами.

Я провел рукой по затылку. Она этого действительно хотела.

А я хотел, чтобы она была счастлива. Даже если это сделает меня несчастным.

Вот почему мы вчера устроили для нее целое шоу. Катлер напоминал мне снова и снова, что у нее большой день, и мы должны это отметить. Я знал, что ее бывший отговорил ее проходить ординатуру в этой клинике. И я не собирался быть тем парнем.

Я бы никогда не стал ее удерживать.

Если она решит остаться — значит, это ее выбор. Не потому что кто-то надавил или вызвал чувство вины.

Я: Конечно, они были впечатлены. Ты чертовски классная, красавица. Им бы глупо было тебя упустить.

И мне тоже.

Эмерсон: Как мило с твоей стороны, сосед. А ты думаешь, мне стоитпринять предложение, если его сделают?