Книга Под звездами, страница 114 – Лора Павлов

Я откинулся на спинку дивана, запрокинул голову и уставился в потолок.

— Это правда. Но это не облегчало её страдания.

— Согласна. Но ты ведь говорил, что твоя мама ни разу не сказала о нём плохого слова? Она любила его, несмотря на его предательство.

— Потому что она была хорошим, чёрт побери, человеком, — прошипел я. — А он — нет.

— Вот именно. У тебя был родитель, который всегда ставил тебя на первое место. И её теперь нет. А я думаю, ты злишься на него не только за то, как он обошёлся с твоей матерью, но и за то, как он обошёлся с тобой и с Уайлом. Ты остался. Ты был рядом с ней. А кто был рядом с тобой?

— Всё нормально. Я ведь выжил, правда? — Мой голос стал почти неузнаваемым — сплошная боль, злость и горе.

— Выжил. Но ты был ребёнком. И не должен был тащить на себе весь этот груз. Так что ты имеешь полное право злиться на отца за то, что он не поддержал вас с братом. За то, что предал твою мать. За то, что не был отцом, в котором вы нуждались. Все эти эмоции справедливы, и ты сам решаешь, что с ними делать. Но мне кажется, маленькая часть тебя всё равно не хочет полностью вычеркнуть его из жизни.

— Я не могу. Я вынужден его видеть на семейных встречах.

— Правда? А что будет, если ты не придёшь? — спросила она, а я сжал переносицу пальцами.

— Разочарую бабушку с дедушкой. Они были хороши со мной, с братом, с мамой. Я ради них туда хожу.

— А есть ли в тебе хоть малая часть, которая хочет отношений с ним?

— Нет, — огрызнулся я, отворачиваясь, но всё же договорил: — Хотя теперь я и вовсе к нему привязан, у него будет ребёнок. Я не могу отвернуться от своейсестры или брата.

— Мэддокс, ты вправе делать всё, что делает тебя счастливым. А судя по тому, что я вижу между тобой и Джорджией, вы оба действительно счастливы.

— Абсолютно, — сказал я. — Без вопросов. Она лучшее, что со мной случалось.

— Ты ведь говорил, что она твои первые серьёзные отношения. Первая женщина, которую ты полюбил с тех пор, как не стало твоей мамы. Так?

— Так.

— Думаю, это знак, что ты готов двигаться дальше. Отпустить часть этой грусти. Ты это заслужил. И продолжать ли тебе отношения с отцом — решать тебе. Но ты должен знать: у тебя также есть право перестать его ненавидеть. Это не будет предательством по отношению к твоей матери. Я хочу, чтобы ты подумал, чего ты сам хочешь дальше. Не беспокойся о бабушке с дедушкой. Они будут любить и его, и тебя, что бы вы ни делали. Думаю, они это доказали, раз смогли простить его поступки. — Она встала и протянула мне руку, дожидаясь, пока я подниму на неё глаза. — Ты имеешь право быть счастливым, Мэддокс. Твоя мама бы этого хотела для тебя.

Чёрт.

Каждое её слово било точно в нервы.

Я кивнул, с комом в горле, таким плотным, что трудно было не то что заговорить — глотнуть.

Поэтому я и не стал.

Просто встал и крепко её обнял.

И сегодня — этого было достаточно.

Я хотел выкинуть всё это из головы и вернуться домой, к своей девочке.

Она — всё, что мне нужно.

А это и есть моё счастье.

My legs were gently pushed apart, and I squirmed against the sweetest sensation between my thighs. My eyes blinked a couple times, and I startled when I realized I wasn't dreaming. I glanced down to see a bare-chested Maddox, his eyes hooded as he looked up at me, and he licked his lips as I was sprawled in the middle of his bed.