Книга На берегу, страница 55 – Лора Павлов

Эта девчонка не упускала ни одной возможности.

— Ответь. На. Гребаный. Вопрос.

Ее язык скользнул по нижней губе, делая ее ещё более полной, сочной. Под водой мои кулаки сжались — я изо всех сил боролся с желанием податься вперед, накрыть её рот своим.

Вкусить ее. Прикоснуться к ней. Почувствовать, как она обвивает ногами мою талию.

Прижаться к ней всем телом и выжечь всё на своём пути.

Господи. Я конкретно терял контроль.

— Ладно, — выдохнула она. — Харви Талберт, мой бывший босс — шовинистичный ублюдок. Он сказал мне, чтобы я сделала все, что угодно, лишь бы ты заговорил. Я так и сделала. А он меня за это уволил.

— Я это уже знал. Давай еще раз, — отрезал я. Там было что-то еще. Человек, отчаянно нуждающийся в работе, не отказывается от неё просто так. Должна быть причина.

Она вздохнула и отвела взгляд.

— Он никогда не воспринимал меня как журналиста. Мне с ним было не по себе.

— В каком смысле? — спросил я, и что-то внутри начало сжиматься.

Злость.

Ярость.

Она прочистила горло:

— За неделю до увольнения я пришла к нему, хотела понять, почему мои интервью не получают приоритет, хотя я точно знала, что они лучше, чем некоторые тексты, которые он публиковал. Он предложил поужинать у него дома. Сказал, что время, проведенное с ним вне офиса — самый быстрый способ получить больше места в журнале. Я, естественно, отказалась, и вскоре после этого он меня уволил. Для него я была просто очередной девчонкой, с которой он хотел переспать. Больше ничего.

— Ты, блядь, издеваешься? — я едва узнал свой голос. Меня разрывало от злости. — Почему ты не сказала мне этого сразу?

— Во-первых, это не твое дело. А во-вторых, мы тогда еще и не друзьями были, — она снова отвернулась, глаза скользнули по воде.

Я поднес пальцы к ее подбородку, заставив повернуть лицо ко мне. Ждал, пока она встретит мой взгляд:

— Ну а теперь мы друзья. И я, черт возьми, уничтожу этого ублюдка.

Она покачала головой и пожала плечами:

— Оставь это. Наверное, поэтому у него там работают только мужчины. И я никому об этом не рассказывала, даже своей семье. Они бы взбесились. Так что… это вне записи, капитан.

— Прости, что с тобой так поступили. Но, знаешь что? Теперь я рад, что тебя уволили с той паршивой работы.

— Ну, ты все еще не совсем прощен. Ты был полным придурком, когда велел охране вывести меня с пресс-конференции.

— Почему ты тогда просто не подождала, пока я выйду из туалета?

— Серьезно? Я пыталась поговорить с тобой месяцами. Но как только ты появлялся на публике, вокруг тебя скапливались десятки журналистов. Почти все — мужики, и меня бесит, что я ниже их всех. — Она закатила глаза. — Я подпрыгивала, махала руками, но ты меня ни разу не заметил.

Что-то сжалось у меня в груди. Что-то незнакомое и новое. Я хотел ее не только трахать — я по-настоящему волновался за нее. Я хотел разнести в клочья ее бывшего начальника за то, как он с ней обращался. И злился на себя за то, что не замечал ее стараний раньше.

Моя рука все еще оставалась на ее подбородке. Я вглядывался в ее глаза, в которых отражались солнечные искры — медные и золотистые. Такие темные, такие красивые.

— Сейчас я тебя вижу, милая.

— Ну, наконец-то, — прошептала она, усмехнувшись.

— Согласен. А как насчет сегодня немногосменить сценарий?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.