Книга После шторма, страница 16 – Лора Павлов

Ну ладно, волосы у меня были стянуты в небрежный пучок, а на лице ни грамма макияжа. Но моя мать такого не понимала.

— Интересно, что твое главное беспокойство при отъезде из страны — это то, как я выгляжу, а не здоровье собственного мужа.

Большинство людей обиделось бы на такие слова, но моя мать была непроницаема. Она никогда не реагировала. Это был ее способ дать понять, что ты не стоишь ни капли энергии. И поверьте, за все эти годы я пыталась — и не раз — достучаться до нее.

Она была как бетонная стена.

— Я бы не вышла за пределы участка в таком виде. Особенно с учетом того, что теперь весь мир знает, что твой муж сделал ребенка другой женщине.

Я уже упоминала, что жестокость у нее в крови?

Лекси тихо ахнула, а я натянула вежливую, сочувственную улыбку. Это был не первый мой раунд с Барби Данкан, но я знала, насколько травматично бывает присутствовать при её гневе впервые.

— Спасибо, что напомнила. Уверена, дело было именно в поцарапанных ботинках.

— Я лишь говорю, что стоит находить время, чтобы выглядеть достойно, — сказала она, снова опуская очки на нос. Затем поцеловала отца в щеку и сделала то же самое со мной.

Он натянуто улыбнулся и кивнул, как будто был готов наконец выдохнуть. Я знала, как он не хотел, чтобы она видела его в таком состоянии. Мама не принимала несовершенств, а он, скорее всего, сейчас чувствовал себя особенно уязвимым.

Я никогда не понимала, почему он это терпит. У них обоих денег было более чем достаточно — дело явно не в финансовой зависимости. И уж точно не во мне. Они никогда даже не пытались приукрашивать свой брак передо мной.

Когда она ушла, я снова повернулась к медсестрам — как раз в тот момент, когда в комнату вошёл высокий мужчина.

— Здравствуйте. Я Луи, буду приходить каждый день после обеда на занятия по восстановлению речи. Сегодня просто хотел представиться и обсудить с вами пару моментов. Начнем завтра.

Следующий час мы разговаривали с Луи, а затем заехал Бакстер, чтобы сказать, что позже сегодня привезут оборудование и что завтра начнётся физическая терапия — цель была как можно скорее поставить отца на ноги.

Папа уже выглядел измотанным, хотя на часах едва был полдень.

Он всегда был для меня примером. Опорой. Сильным, целеустремлённым.И мне было больно видеть его таким — слабым и уязвимым.

Наверное, потому, что я сама сейчас чувствовала себя так же.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Мы пообедали вместе, но он почти не разговаривал — только показал мне фотографии лошади, которую он присмотрел. После короткой беседы по выражению его лица и темным кругам под глазами я поняла, что ему нужен отдых. Лекси помогла ему лечь, а мне посоветовала на пару часов уйти. Напомнила, что она будет здесь до прихода ночной медсестры. Я подумала было перебраться в главный дом, но отец попросил этого не делать, и я поняла — ему сейчас нужна хотя бы одна победа.

Я решила заехать в кафе Коттонвуд за черничным пирогом — это был любимый десерт моего отца.

— Ну надо же, Пресли Дункан собственной персоной. Все такая же красавица, — сказала миссис Ранитер, обняв меня. Она была одной из самых странных женщин, которых я когда-либо знала, но я её обожала. А мама от неё приходила в ужас, что только добавляло ей очков в моих глазах.

— И вам добрый день. Рада вас видеть.