Книга Бандит. Цена любви, страница 85 – Дарья Словник

— Хех, тоже мне, мастерица метафор. Не ссы, прорвемся.

— Ладно, ладно!

Борис задерживался.

Следующие сорок минут для меня тянулись словно кисель. Как в тумане я ожидала, что вот-вот дверь откроется и…

В нее войдет либо Борис, либо Кирилл…

Я успела в нервном состоянии обработать голову Михалыча. По его короткому пояснению я узнала, что ему ударили по голове рукояткой пистолета. Чуть выше лба. И рассекли кожу. Вот лицо и залило кровью.

Но, слава тому растяпе, что бил, удар вышел кривой. Рукоятка только рассекла кожу, и сотрясения вроде бы не было. По крайней мере, Михалыча не тошнило.

К тому моменту как Борис стремительно вошел в дом, я успела себя накрутить до того, что в его объятия буквально влетела! Пружинкой выстрелила!

— Тише, тише! Все хорошо.

Борис выдохнул мне в макушку, крепко удерживая в своих медвежьих объятиях. В этот миг я почувствовала себя защищенной, словно весь остальной мир сузился до границ его тела. Здесь только я и он.

Словно нет никакого Кира. Нет опасности. Нет проблем, которые нужно решать прямо сейчас.

Ничего этого просто нет.

Есть тепло, исходящее от Бориса, что окутало меня как мягкое одеяло. Есть его руки, сильные и надежные. Он сжимал меня так, словно боялся отпустить. И это давление на мои ребра отдавалось сладкой болью в груди.

Мое сердце билось где-то в горле, отбивая бешеный ритм.

И в момент, когда его руки сомкнулись на мне, я поняла — я там, где мне и положено быть. Я дома.

Мое место рядом с ним. С Борисом.

— Ну, что, маленькая, испугалась? — его голос рокотом отзывается в его груди и я прекрасно его слышу, прижавшись к ней ухом.

— Да, это было безумие. Ты бы слышал, что он нес!

— Что?

Я слышу тихие шаги и едва оборачиваюсь. Михалыч подошел.

— Сначала были обычные угрозы. Потом увидел Розу… — тихо поясняет он.

Борис едва дергается, оборачивается, смотрит в зал.

— Она в порядке?

— Да, да, все хорошо… Просто Кир…Слушай, он не в себе. Я давно его не видел, но… Он был другим, Борь. Ты уверен, что он ничего не употребляет?

— Да. Он чист. Ему претят любые зависимости. Он их презирает.

— Тогда он просто чокнутый. Он достал пистолет и хотел пристрелить Розу.

— Чего?

— Ну, это была вишенка на торте. А до этого просил передать тебе, чтобы ты выбирал. Или семья, или девчонка. Ну, по классике, в общем-то.

— Борь, он сказал, что если я не объявлюсь, то он моих подруг заберет, Борь! — вклиниваюсь в их разговор, вспомнив страшные слова. — И что даже Гришу заберет!

— Что, волнуешься за этого говнюка?

— Нет, Боря! — я вспыхиваю. — При чем здесь… Хоть он и говнюк, но это не значит, что он заслуживает смерти или… Или… — я не знаю даже, что может ожидать Гришу в борделях Кира. — И девчонки тоже ни при чем! Тем более они! Я должна прийти к нему! Чтоб он успокоился и…

— Стоп! Софья, на этом ты завершаешь свои панические мысли.

— Но он же…

— Знаешь, я думаю, что Кир мог это специально сказать, — внес свои размышления Михалыч. — Для тебя, Софь. Он нашел сумку и догадался, что ты где-то в доме и вот так решил навести шумихи. Панику развел.

— Нет, — отрезает Борис, продолжая держать меня в объятиях. Его крепкая ладонь начала успокаивающе гладить меня по лопаткам. — Если б он понял, что Софья здесь, он не стал бы играть в эти детские игры. Он бы просто ее забрал, а тебя бы убил. Вот и все. Не придумывайте ерунды.