Книга После измены. Он тебя любит, страница 62 – Рина Каримова, Валерия Ангелос

Судорожно вдыхаю и выдыхаю. От волнения закусываю губу.

— Идем, посмотрим, что вышло, — предлагает Крестовский.

— А разве не нужен монтаж? — удивляюсь. — Ну то есть…так быстро и все готово?

— Нет, мы просто увидим лучшие кадры. Самые удачные моменты. Конечно, над этим всем еще поработают, — объясняет Крестовский.

Он проводит меня в отдельную комнату. Там уже несколько человек сидит за мониторами.

— Роман, ты в ударе, — говорит ему один из мужчин.

— Давно тебя таким не видел, — добавляет другой.

А после поворачивается женщина в очках и широко улыбается, глядя на меня и Крестовского.

— Ребята, между вами искрит! Вы что, спите вместе?

— Что? — непроизвольно вылетает у меня.

Возможно, я что-то не так понимаю…

Но как еще это можно понять?!..

— Нет, что за пошлости ты несешь, — отмахивается Крестовский. — Мы видимся второй раз в жизни.

— Как будто это для тебя проблема, — она выразительно закатывает глаза. — Ты поосторожнее с ним, Вера. Он у нас тот еще… ну все, молчу!

Она виновато поднимает руки, поворачивается обратно к экрану.

— Нет, серьезно, между вами настоящая магия, — продолжает тот мужчина, который и завел разговор.

— Кстати, так бывает, когда они как раз не спят, — хмыкает другой.

— Все, без шуток, — обрывает их Крестовский строгим тоном. — Вы мне сейчас ведущую напугаете своим дебильным юмором.

Наверное, в актерской среде это все нормальным считается. Но мне совсем не по себе.

Смотрю на часы. Надеюсь, просмотр займет не очень много времени. Нужно еще как-то обсудить все насчет адвоката.

— Да причем тут шутки? — пожимает плечами один из мужчин. — Я серьезно. Это нормальная тема, чтобы определить, есть интим за кадром или нет. Когда искрит, значит, ничего нет. А когда ноль эмоций — ну точно что-то замутили.

— Значит, они не мутят, — протягивает женщина. — Так скучно.

— Ладно, ребят, давайте за работу.

— Хоть одно здравое замечание, — бросает Крестовский, а после поворачивается ко мне. — Вера, ты не воспринимай эту чушь.

Он подвигает кресло ближе.

— Присаживайся, — кивает.

И после подтягивает второе кресло. Уже для себя.

Начинается просмотр кадров. Видеть все со стороны очень необычно. Непривычно.

Неужели я действительно так выгляжу? В жизни?

Макияж не такой уж яркий. И губы… странно, однако вызывающий цвет будто «съедается» через камеру. Совсем не выглядит вульгарно.

— Отлично, — заключает Крестовский.

— Ты еще главного не видел.

— Да, вот, зацени…

На центральном мониторе включается тот эпизод, когда я порезалась, а Крестовский прижался губами к моему пальцу.

Это все выглядит… слишком интимно. Неловко.

Лучше вырезать.

— Это надо на заставку! — заявляет Крестовский. — И в рекламу. Мы уже можем ее запустить?

— Я договорюсь.

— Да, крутая идея.

— Сделаем промо.

Слушаю все это с недоумением.

Нет, я, конечно, не специалист. Во всех этих тонкостях не разбираюсь. Но все же…

— А это точно необходимо? — не выдерживаю.

Выглядит так, будто между нами и правда что-то есть.

Даже в моменте ничего такого не ощущалось. Ну мало ли как люди реагируют? Да, не каждый прижимается губами. Но может, нечто такое для Крестовского в порядке вещей?

Однако теперь, наблюдая все на экране, видя, как именно он берет меня за руку, как склоняется.

Харизма Крестовского ощущается через экран.

Выглядит все эффектно, романтично, однако же… нет у нас никакого романа. Зачем же это тогда оставлять?