Онлайн книга «Неверный»
|
Уже понимаю, что Пылаев меня уволит. Разговор у нас по телефону был. Практически сразу как я в больницу попала. Очень напряженный разговор. Неприятный. — Вы беременны, Вера. Он обращается жестко. Официально. — О таком стоит предупреждать, не находите? Даже возразить нечего. Пылаев прав. — Вы правы, извините, — говорю. — Мне правда жаль, что так вышло. Но у меня не было выбора. — Я и подумать не мог, что вы так подставите, — бросает Пылаев с раздражением. А если он Эмиру скажет? Если они встретятся и… — Я понимаю, что виновата. Но я вас очень прошу никому не говорить про мою беременность, — говорю, не подобрав слов получше. Пылаев еще больше раздражается. — Да что вы такое несете? С чего взяли, будто я стану трепаться? — Извините, я просто… — Ладно, поговорим, когда вас выпишут, — обрывает Пылаев. — А пока отдыхайте. Думайте о своем здоровье. Нечего вам было за работу браться, раз такой темп не вывозите. Пылаев решил, что мое состояние связано со стрессом и усталостью из-за работы на кухне. И не могу ничего ему объяснить. Не по телефону же. Да и неуместно это все. Ни к чему. Зачем ему?.. Неудобно выходит. Ладно. Все равно оставаться здесь нельзя. И уволиться мне бы пришлось в любом случае, ведь я должна уехать. Хорошо, что немного денег скопить успела. Иначе было бы совсем тяжело. А так надеюсь, что справлюсь. Нужно справиться. Другого выбора нет. Приходит день выписки. Сегодня же и на работу собираюсь поехать. Надо поскорее решить все вопросы. И действовать дальше. Но быстро это сделать не получается. Застываю на крыльце клиники, увидев Эмира. Прошедшие дни не проходили без мыслей о нем. Вспоминались фразы Снежаны. Что-то цепляло, заставляло прокручивать ее выпады опять. Насчет браслета… Не знаю, конечно, может Эмир ей и подарил точную копию того украшения, которое досталось мне. И да, свой браслет я тогда нашла случайно. Однако же… на нем была гравировка. Изнутри. Особенная. С моим именем. Значит, браслет никак не мог быть куплен для Снежаны. И мне не хочется верить, будто Эмир опустился до такой низости, как приводить любовницу в нашу с ним спальню. В наш дом. Но даже если так, что это меняло? Ничего. Он изменял мне. Цинично. Грязно. Еще и утверждал, что так поступают все. Считал себя в праве. В голове такое не укладывается. Направляюсь к выходу из клиники. И тут я вижу его прямо перед собой. Эмоции накатывают сильнее. Отвращение. Горечь. Все смешивается. И страх есть тоже. Вдруг… он все же узнал? — Вера, — говорит и шагает ближе. — Нам надо поговорить. — Мне не надо. Отхожу от него. Он протягивает руку. А меня всю передергивает. Хоть его пальцы и не касаются кожи, не затрагивают мое плечо, потому что я успеваю рефлекторно отклониться, меня все равно всю ошпаривает. — Не трогай меня, — нервно мотаю головой. — Не трогай! Даже голос повышаю. Все внутри встает на дыбы. — Вера, стой… — Не о чем нам говорить, — выдаю твердо. И все же заставляю себя на него посмотреть. Глаза в глаза. Как же я мечтаю никогда больше его не встречать. Забыть. Вырвать из памяти. — Или тебе мало? — спрашиваю. — Мало всего, что было? — Вера… — Нет, нет, — прибавляю решительно, качаю головой. — Ничего не хочу от тебя слышать. И видеть тебя не хочу. Не могу. Понимаешь? — Ты почему про ребенка не сказала? — выдает резко. Не сказала… |