Книга Его вторая жена, страница 11 – Милана Усманова, Рика Левина

Вечером после ужина, Лёля закрылась в комнате, всё ещё дуясь на меня, будто это я лишила её привычной жизни. Я лишь пожала плечами и отправилась к себе, обложилась учебными материалами, которые мне выдали на курсах. Новый налоговый кодекс, брошюрки по компьютерным программам бухучёта, в которых не смыслила вообще ничего. Жизнь ушла далеко вперёд, пока я занималась грязным бельём, готовкой и ублажением собственного мужа.

Хлопнула входная дверь, заставив меня вздрогнуть. Ключи были у Виталика. Я поспешно спрятала учебники и вышла в коридор.

- А, здесь, - проворчал муж, стягивая галстук.

Он схватил меня за руку, притащив на кухню. Лёля тоже показалась из своей комнаты, встав в пороге.

- Оксана потеряла ребёнка, - Виталик медленно багровел, что не предвещало для меня ничего хорошего, - всё из-за тебя. Твои нападки вынудили нас уехать отсюда. Стресс, переезд. И вот результат.

- Большой вопрос был ли у неё ребёнок, - впервые я не опустила глаза в ответ на нападки. Он всё равно меня изобьёт, так стоит ли молчать, - сходи вместе с ней к врачу. Ты прокурор, а о такой малости, как доказательства и не подумал.

- Заткнись! - сорвался Виталик. - Не смей оговаривать мою жену.

- Жену? – Усмехнулась я, - а в свидетельстве о браке стоит почему-то моё имя.

Супруг бросил гневный взгляд на Лёлю, и та моментально скрыласьв комнате. Он поднялся со стула и навис надо мной:

- Это всё ты. Ты своей ненавистью убила нашего ребёнка.

- Ты бредишь, - я невольно сжалась, в предчувствии худшего.

Первый резкий удар в плечо, рука повисла плетью, а я глухо застонала, не хотела пугать Лёлю, которая, итак, наверное, всё слышала. Виталик за шкирку вытащил меня из-за стола, развернул к себе спиной, скрутил руку и нагнул, задирая мой халат.

- Не трогай меня, - я пыталась оттолкнуть его, даже прикосновения мужа вызывали брезгливость и отторжение.

- Ты моя жена, исполняю свой супружеский долг, - хмыкнул он и дёрнул руку кверху. Боль прострелила плечо, и я обмякла, не в силах двигаться, почти теряя сознание.

Виталик порвал на мне бельё, послышался звук расстёгиваемой ширинки и боль пронзила снова. Уткнувшись в стол, стиснула зубы, дожидаясь, когда всё закончится. Муж рванул халат, рукой схватился за грудь, сжав до боли. Хорошо, что с годами его потенция была далека от юношеской, ещё несколько фрикций и Виталик обмяк, тяжело дыша. Всё закончилось.

Он отпустил меня, застёгивая штаны:

- Я буду делать это, когда захочу. Ты моя жена. А Оксане пока нельзя заниматься сексом.

Он умылся тут же на кухне, бросил на стол деньги, как шлюхе, и вышел из квартиры.

Живот скрутили спазмы, и я опрометью метнулась в туалет, весь мой ужин вылетел наружу. Содрогаясь от приступов рвоты, стащила с себя халат и остатки белья, сунув их в помойку.

Так больше продолжаться не может.

Утром я позвонила в частную клинику, благо деньги от цепочки ещё остались, записалась к хирургу и зафиксировала все побои, то же самое сделал у гинеколога. Сердобольная женщина-врач, сокрушённо качала головой, обрабатывая мои раны.

- Вам надо написать заявление в полицию.

- Мой муж – прокурор, у него все менты с руки едят.

- Это просто чудовищно, - возмутилась она, - проходят века, а женщины порой остаются так же бесправны, как и в Средневековье. Александра Владимировна, если вы решитесь на развод, вызывайте меня в суд.