Книга Его вторая жена, страница 45 – Милана Усманова, Рика Левина

- Сашенька, - подруга погладила меня по голове, совсем как мама в детстве, - ты сама своя опора. Ты сильна, даже не представляешь насколько. Тебе удалось справиться с такой ситуаций, в которой большинство женщин просто бы сдались и плыли по течению, терпели побои, издевательства, насилие. Да и сейчас, мало ли таких пар? Не имея ни гроша в кармане, ты не побоялась уйти, смогла выучиться, найти работу, жильё, ещё и в институт поступила. И это за какие-то месяцы! Всегда помни об этом, моя хорошая.

Поздно вечером, когда Ольгу увёз домой Андрей, я встала, приняла душ, сменила одежду. Налив чашку кофе, подошла к окну и ахнула. Крыши были укутаны белыми пелеринами снега. Ярко мерцали звёзды на небе, а деревья тянули свои голые ветви вверх, словно прося немного тепла от далёкого, равнодушного неба. Я и не заметила, что в город давно пришла зима.

Меня потянуло пройтись по заснеженным улицам, время ещё не позднее, я быстро оделась и вышла на морозный воздух. Красавица-зима поделилась своими украшениями с городом. Под лунным светом поблёскивали побелевшие ветви деревьев, одетые инеем. Невысокие ели, росшие возле офиса, прихорошились, украсив каждую иголочку бриллиантовой филигранью. Жемчужный свет луны окутывал город сказочным муаром, время, когда хочется верить в чудо и Дед Мороза.

Я, не спеша, дошла до небольшого сквера неподалёку от офиса, сейчас в нём было малолюдно, виднелось несколько отважных собачников, которые в любую погоду выводили своих непоседливых питомцев, да парочки влюблённых. На ближайшей скамейке, нахохлившись, как два замёрзших воробушка, сидели мальчишки-подростки. Выйдя на аллею, шла, погрузившись в свои мысли, снова пыталась составить план на будущее. Ольге удалось вырвать меня из кокона самобичевания. Верно, я уже многое преодолела, так стоит ли останавливаться на полпути. Жалеть себя можно бесконечно долго, да только жизнь коротка, чтобы тратить её на ерунду.

Сзади мне на плечо легла тяжёлая рука, я вздрогнула и попыталась отбежать, но запястье скрутили слишком знакомым приёмом, а потом голос Аверьянова дыхнул на меня перегаром:

- Н-не ждала, с-сука, - язык Виталика заплетался, - Гудков, ик, держи её.

Меня перехватили и дёрнули руку вверх, от боли пришлось нагнуться, повернув голову вбок узнала того самого патлатого участкового, который принимал моё первое заявление.

- Я тут вышл, отлить, пардоньте, ик, - Аверьянов теперь стоял передо мной, едва держась на ногах, - и что вижу, супруженька дорогая моя идёт, - он кривлялся и гримасничал, как бешеная обезьяна.

- Отпусти, - попыталась дёрнуться, но боль только усилилась, - ты получил всё, что хотел.

- Ах-ха, - выдохнул на меня очередную порцию перегара Виталик, - я всегда получаю то, что хочу. Убедилась в этом, стерва, и адвокатишка твой никчёмный не помог.

Он очередной раз икнул и поперхнулся воздухом.

- Тащи её в машину, - махнул Виталик рукой патлатому, чуть не упав.

- Что тебе нужно?! Отпусти! – Дёрнулась ещё раз и взвыла от боли.

- Приласкаю тебя напоследок, небось, твои хахали так не могут, - он мерзко загоготал.

- Виталий Васильевич, - вмешался Гудков, - она же потомнас сдаст.

- Н-не-е-е-е, - Аверьянов остановился, покачиваясь, - она кто? Алкашка и шлюха. Такие заканчивают свою жизнь в канавах. Там её завтра и подберут.