Книга Развод. Анатомия предательства, страница 37 – Милана Усманова

Эта мысль была одновременно болезненной и освобождающей. Болезненной – потому что я вдруг поняла, что никогда по-настоящему не знала этого человека. И освобождающей, потому что теперь я могла не винить себя в крахе нашего брака.

Утром, отводя Егора в школу, я ощущала странную легкость. Как будто последний груз, тяжесть несостоявшихся отношений, наконец был сброшен с моих плеч. Я больше не задавалась вопросом "что я сделала не так?". Теперь я знала: дело было не во мне.

– Мам, мы точно поедем смотреть квартиру в субботу? – спросил Егор, когда мы подходили к школе.

– Конечно, – я улыбнулась ему. – И архитектор Иван будет там, чтобы помочь нам спланировать твою комнату.

– Здорово! – лицо сына осветилось улыбкой. – Я хочу, чтобы у меня была кровать-чердак,и под ней рабочий стол, и полки для книг, и место для динозавров…

Я слушала его восторженный щебет, и внутри разливалось тепло. Несмотря на всё случившееся, у нас с сыном впереди была новая жизнь. И она обещала быть хорошей.

На работе день прошёл в привычном ритме: консультации, обследования, анализ результатов. Я поймала себя на мысли, что диагностика действительно увлекает меня не меньше, чем острые случаи в неотложке. Здесь была своя магия – в разгадывании сложных медицинских головоломок, в неторопливом поиске истинных причин заболевания, в возможности не только спасти жизнь в критический момент, но и предотвратить развитие болезни на ранних стадиях.

Вернувшись домой, обнаружила на пороге квартиры букет цветов и конверт. Внутри была записка от Валентина:

"Маша, спасибо, что не наговорила Кире лишнего вчера ночью. Я знаю, ты могла бы. Надеюсь, мы сможем сохранить цивилизованные отношения ради Егора. На выходные заберу сына, как договаривались. В."

Я задумчиво повертела записку в руках. Значит, Кира рассказала ему о нашем ночном разговоре. И он счёл нужным "отблагодарить" меня за молчание. Интересно, где он действительно был прошлой ночью? И почему так важно, чтобы Кира не знала правды?

Впрочем, это уже не моё дело. Моя жизнь теперь шла по другим рельсам, и я не собиралась возвращаться на прежний путь. Даже из любопытства.

Я поставила цветы в вазу – выбросить было жалко, всё-таки красивые, – и занялась приготовлением ужина для Егора.

Суд по разделу имущества был назначен на десять утра, и я намеренно приехала на полчаса раньше. Хотелось пройтись по коридорам, собраться с мыслями, обсудить с Алексеем последние детали. Сегодня должна была решиться судьба моего финансового будущего, и, несмотря на уверенность в своей правоте, я всё равно нервничала.

Алексей ждал меня у входа, выглядя безупречно в строгом темно-синем костюме. От него веяло уверенностью и компетентностью, и это заставило мои собственные сомнения немного отступить.

– Доброе утро, Мария Андреевна, – он протянул мне руку. – Вы прекрасно выглядите.

Я действительно постаралась. Накануне суда сходила в салон красоты. Впервые за много лет потратила на себя целый день. Мастер окрасил мои каштановые волосы в благородный блонд, сделал стрижку и укладку. Потом я отправилась к косметологу на процедуры, маски и массаж освежили лицо и скрыли следы бессонных ночей последних месяцев. Сегодня утром надела строгий, но элегантный костюм, нанесла сдержанный макияж, волосы собрала в аккуратный пучок. Хотелось произвести впечатление серьезного, надежного человека. И, может быть, совсем чуть-чуть, показать Валентину, что я не сломлена, что я двигаюсь дальше.