Книга Найду тебя зимой, страница 86 – Лариса Акулова

Какое-то время молчит, продолжая легонько меня поглаживать, а затем всё-таки говорит:

— Если обо всём в этой жизни волноваться, то не останется времени для радости. Мы же хотим построить счастливую семью, так? — Киваю в ответ, — вот и не беспокойся понапрасну. Уже ничего не изменить — ты только посмотри, как она скачет, словно профессионалка. Может, её действительно отдать сюда заниматься? Спорт это в любом случае хорошо, а уж такой благородный, как конный, формируют не только терпение, но и хорошую осанку.

А после кидает на меня такой жаркий взгляд, что я понимаю, что это и для нас будет плюсом. Майю отправляем на занятия, а сами уединяемся за закрытыми дверьми, предаваясь страсти — идеальный по своей сути план. Мне сразу же приходит в голову тысяча и одна мысль о том, чем именно мы можем заняться с Нинель. Во-первых, наверстать весь тот се-кс, которого у нас не было годами. Во-вторых, занежить друг друга, как люди, любящие и скучавшие. В-третьих, опробоваться все горизонтальные и вертикальные поверхности в моей квартире…

Планов так много, и они такие увлекательные, что, пожалуй, я соглашусь с тем, что Майя своей безрассудной выходкой сделала для всех только лучше.

Майя, едва услышав, что её хотят отдать на ипподром, хлопает ладоши в восторге. Ещё не успевает отойти от того счастья, какое она испытала на спине Рассвета, поэтому она и не знает, видимо, куда деваться от свалившегося подарка на голову. Смотря на то, как радуется дочь, понимаю, что решение правильное — лучше занять её полезным делом, чем она найдёт занятие, которое для нас, её родители, будет не очень приятным. Все-таки Майюшка растет, ее интересы и хобби меняются, и очень легко в подростковом возрасте свернуть не на ту дорожку. Об этом я могу уверенно заявлять, взглянув и на свою юность, и юность Федора. Мы оба наделали ошибок, поэтому не хочу, чтобы и с нашей девочкой случилось подобное — пусть она будет всегда счастлива.

Домой мы возвращаемся уставшие, но довольные. Щеки Майи горят от воз-буждения, и она не может усидеть на месте, лишь окрик заставляет девочку отправиться вначале в душ, смыть с себя лошадиный дух, а затем и в кровать, чтобы видеть сегодня сны, наполненные свободой и скачками.

— Я уже и не думал, что мы останемся одни, — Федя прижимается ко мне со спины, обдавая жаром своего тела. — Ну что, я сегодня заслужил похвалу? — спрашивает голосом изголодавшегося по ласке щеночка.

Мягко выворачиваюсь из его рук, но не отпускаю мужчину. Наоборот, стоя к нему лицом, льну ближе, желая получить всю ту нежность, которую Победин готов мне дать. Приходится немного запрокинуть голову, дабы посмотреть ему в глаза. В них немой вопрос, на который я отвечаю поцелуем. Нам не нужны слова, ведь они так мало значат. Руками глажу по уже колючим щекам Федора, ощущая щетину под ними. Неожиданно, но это зав-одит. Потому, не раздумывая ни секунды, я целую его прямо в губы, жадно захватывая их в свой плен. Отзывается Федор столь же страстно, как и я. Подхватывает меня на руки, удерживая на весу, покрывает влажными касаниями мою шею, прикусывает ухо, чем вызывает у меня стон удовольствия.

— Наконец-то мы можем сделать все то, о чем я мечтал так долго, — порыкивает Победин довольно. — Готов Майку хоть каждый день на ипподром возить, если после этого мы сможем с тобой вот так уединяться.