Книга Твоё наказание, страница 43 – Лариса Акулова

Соколова в шоке, когда понимает, что больше не увидит свою подругу-гинеколога. Ренат, оказывается, легко раскусил, кто помог его жене обойти правило «никаких противозачаточных». Как только выследил ту, что препятствует беременности Нелли, сразу же отказал ей в пациентке. Более того, ещё и жалобу накатал в больнице, аргументировав тем, что она, как врач, вела себя неэтично. В итоге девушку уволили, Нелли потеряла подругу и любую надежду, что Ренат сжалится над ней.

— Ну ты и сучка, — дает очередной комментарий происходящему Алиса, устроившись в кресле напротив. Нелли же читает очередную книгу из схемы подготовки к университету на диване в гостиной. — Он ведь очень хочет ребенка, на руках будет носить ту, что даст ему желаемое. Так почему бы тебе не отойти в сторону и не позволить мне осуществить такую простую мужскую мечту?

Что ж, может, раньше бы Нелли всеми руками была бы «за», но сейчас, смотря как выскочка, вместо того, чтобы работать, прохлаждается тут и смеет её, хозяйку дома, хоть и номинальную, оскорблять, ей хочется лишь вцепить в чужие патлы и повырывать все волосенки. Хоть так сбросить напряжение и стресс, который неотступно следует за ней уже которую неделю. А ещё Нелли откровенно поражает, насколько Ренат требователен к ней, но мягок к Алисе. Или же это продиктовано тем, что та всеголишь прислуга и любовница, а не жена? Гадать можно до бесконечности, но правды так и не найти.

— Пыли в доме уже столько, что на ней рисовать можно, — решает не вдаваться в подробности своих отношений с мужем Нелли, заостряя внимание на обязанностях прислуги. — Одежда не постирана, окна грязные, словно в захудалом доме деревенщины, постельное белье не меняли, видимо, с палеолита, — перечисляет, загибая пальцы, — как только ты перестанешь быть интересна Ренату, вылетишь из дома, словно пробка из бутылки шампанского.

Ей нравится видеть, как меняется выражение лица Алисы: из самоуверенного и дерзкого в испуганно глупое, словно у куклы — с широко распахнутыми глазами и неестественно приоткрытым ртом. «Давно уже пора было поставить её на место. Хозяйка я тут или нет?», — спрашивает у самой себя Нелли, чувствуя моральное удовлетворение ребенка, что получил самый желанный подарок на свете.

Алиса выслушивать явно не собирается правду, наконец встает с места и, громко стуча шпильками (неужели кто-то их ещё носит), удаляется. Соколова выдыхает почти счастливо — какое-то время побудет в тишине и спокойствии. Возвращается к учебнику, дочитывает страницу, переворачивает её и понимает, что параграф закончен, следовательно, на сегодня бдения над книгами закончились, и можно заняться чем-то другим. Нелли вдруг понимает, что в беспорядке в доме виновата не только зажравшаяся прислуга, но и она сама, как хозяйка. Да, не привыкла убираться сама, но никогда в своей комнате в отцовском доме не устраивала такую помойку. Решает, что пора бы и здесь хоть какое-то подобие чистоты навести.

Начинает с комнаты, в которой теперь ночует одна. Первым делом стягивает постельное с кровати, перетряхивает его, ворочает матрас. Когда закашливается от облака пыли в воздухе, распахивает окно, впуская свежесть после дождя. Открывает шкаф, перебирает одежду, раскладывая по полочкам и развешивая на перекладине то, что нельзя сложить. Ставит ароматизаторы, которые не только предадут приятный запах ткани, но и не дадут моли её сожрать. После Нелли берется за зеркала и окно, намывая их до скрипа. Радуется, смотря, какими те становятся — идеальными. И только в финале протирает полы, встав на колени: собирает каждую пылинку, натирает паркет, вымывает плинтуса. Застилает постель чистым бельем,наслаждаясь тем, как то хрустит в руках. Осматривает плоды трудов довольно, понимая, что этим надо было заняться раньше, а после переходит к спальне Рената, заперев свою на ключ — дабы никакие Алисы туда не засовывали свой любопытный нос.