Книга Твоё наказание, страница 61 – Лариса Акулова

«Может, это он и пытается убить Соколова?», — внезапно думает Нелли, пугаясь этого предположения. Оказаться в руках психопата без капли жалости к другим людям, а, главное, и к ней самой, такое себе удовольствие. Но неужели есть в этом мире люди, что станут подвергать опасности беременную женщину? Гниль, а не человек. И, как назло, у девушки нет ни единой возможности себя защитить: отец отрекся, муж при смерти, связи потеряны, денег нет.

— Я буду вести себя, как ангел, — решается Нелли. Другого выхода у неё и нет. Прежние мечтания о прекрасном муже она отмела, едва услышала настоящие мысли Карима.

— Люцифер тоже ангел, — конечно же тот ей не верит.

— В таком случае буду тиха, как мышь, — она уже и не знает, как убедить.

— Которая грызет хозяйские мешки с мукой?

Нелли, собрав последние силы, отворачивается, иначе боится не устоять и хотя бы подушкой в урода кинуть.

— Осторожнее, я не мешок картошки! — возмущается Нелли, пытаясь координировать действия Карима.

Её наконец-то выписали из больницы, где она пробыла почти месяц, прилипнув к казенной койке. И теперь она возвращается домой, точнее, её возвращают, чуть ли не насильно посадив в машину и следя за каждым движением. Девушке даже смешно становится, когда она понимает, что охраняют её тушку больше, чем Рената, который сейчас в больнице. Как будто она какой-то особо опасный преступник, что может натворить неизвестно что, сбежать или убить кого-нибудь, но ни в коем случае не вести себя тихо, как она пообещала. Нелли с ненавистью смотрит на Баринова, которые расположился на пассажирском сиденье спереди, время от времени оборачиваясь, будто у неё есть какая-то суперспособность исчезнуть из его поля зрения. Даже будь она на это способна, всё равно бы не стала делать, ведь этот человек ещё более куда жестокий, чем её муж — сдержит обещание и достанет из-под земли, превратив её жизнь в ад. Такого расклада событий девушка не хочет добиться, впервые за время своего существования она осознает, что не может притворяться никем, кроме послушной чужой жены, которая соблюдает традиции, заботится о доме, вынашивает ребёнка, как и предполагает её роль. Может, хотя бы так получится вызывать меньше подозрений. «А как только он усыпит свою бдительность, ноги в руки и подальше из этого города, а, возможно, даже из страны», — мысленно строит планы Нелли, надеясь, что все получится, высшие силы не вмешаются и не обломают её мечты о свободе на корню.

В итоге приходится Соколовой путешествовать от машины до дома на чужих руках, недоумевая от той двойственности, что она испытывает: пахнет от Карима безумно приятно, каким-то одеколоном с древесными нотками, а вот ухмылка на его лице отталкивает посильнее, чем вилы у чертей в аду. Единственное, чего ей хочется, так это оказаться в своей маленькой уютный комнатке, запереть покрепче замок на двери и никого не видеть в ближайшие несколько дней, но Нелли понимает, что это невозможно, если уж и играть роль, то до самого конца.

— Даже слышать не хочу, что ты там верещишь. Раз врач сказал, что тебе почти нельзя двигаться, значит, так и будет — считай, что мы тут играем в дракона и прекрасную принцессу, которую носят на ручках, —возражает ей Карим, перехватывая покрепче. Едва за ними закрывается дверь, становится окончательно жёстким, — эй, вы, нечего прохлаждаться, помогите мне с девушкой, а то она такая тяжелая, что ненароком могу её уронить.