Книга Счастье начинается с развода, страница 12 – Маргарита Лебедева

— Боже, да как вы можете? Бабушка еще жива, а вы уже делите ее деньги!

— Потому что это наши деньги. Точнее мои, потому что я ее сын. Так что если она сдуру завещает все тебе, ты должна будешь поступить по совести и…

— Мне даже слушатьвас противно!

Подхватив Риту на руки, я вместе с ней вошла в палату, не реагируя на полетевшие мне вслед обвинения в неблагодарности и угрозы, что от меня отрекутся как от дочери.

Но, по-моему, от меня уже давно отреклись, еще когда я отказалась стать врачом и не приняла предложение Вити, по ее мнению, самой подходящей для меня партии, хоть этот мужчина и был старше на двадцать три года.

Зато стоило мне встретиться с добрыми серыми глазами бабушки, которая тут же попыталась привстать, протянув худые руки, мне стало чуточку легче, хоть вслед за этим и пришла грусть, тяжестью упавшая на сердце.

Было невыносимо тяжело видеть, как дорогой тебе человек медленно гаснет, превращаясь лишь в тень себя прежнего.

— Бабуля! — радостно прокричала Рита. И стоило мне опустить ее на пол, как она подбежала к кровати, обняв бабушку.

Заставив себя улыбнуться, я тоже присела на край кровати, игнорируя резкий запах лекарств и чего-то кислого, оказавшись в теплых объятиях, еще не зная, что это был последний раз, когда я видела бабушку Валю живой.

Мне было морально тяжело справиться со смертью самого дорогого человека, который всегда меня поддерживал, проявлял заботу и помогал, спокойно реагируя на мои ошибки, не ставя на мне крест и не пытаясь «заглушить» нравоучениями и осуждением, как это порой любили делать родители.

И хотя в последние дни папа себя чуть ли не в грудь бил со словами «я буду со своей мамой до самого конца», организация похорон легла на мои плечи. И оказалось, что кроме меня этим и некому заняться.

По словам папы, он был слишком убит горем, чтобы вникать в процесс похорон и проводить свою мать в последний путь. Но правда крылась в том, что он просто не хотел себя этим утруждать.

Я-то прекрасно знала, какие плохие у них были отношения в последние несколько лет, поэтому папины страдания выглядели для меня фальшиво. Ну а когда он после похорон тут же потащил меня к нотариусу, я лишь в очередной раз убедилась, что деньги для него стоят на первом месте.

И какой же скандал папа устроил, узнав, что все свое имущество и все сбережения бабушка Валя и правда оставила мне, ну а я, такая-сякая, не хочу отдавать все ему.

В какой-то момент мне даже показалось, что отец поднимет на меня руку прямо на глазах у нотариуса, пораженного происходящим. Но тут вмешалась мама, взяв отведя меня в сторонку и заговорив тихо и проникновенно, смотря мне в глаза.

— Таня, доченька, ты же понимаешь, что поступаешь неправильно?

Мама буквально впилась в меня взглядом, заставляя почувствовать себя не в своей тарелке. Она словно пыталась надавить на мою совесть, что было странно и не в меру нагло.

— Неправильно? С чего ты это взяла? Бабушка Валя меня любила, последние два года я была с ней рядом и во всем помогала, в то время как ты с отцом мечтала сдать ее в дом престарелых, чтобы…

Мама оборвала меня пощечиной, тут же выйдя из себя.

— Да как ты смеешь⁈ Таня, в кого ты такая неблагодарная? Вот я всегда знала, точнее чувствовала, что ты с гнильцой. Ты всегда была другой. Прямо белая ворона в нашей семье.