Книга Предатель. Я тебе не жена, страница 6 – Юля Шеффер

Покажись он таким сразу, и я вряд ли бы села в его машину.

Он кажется спокойным, даже слегка сонным. Расслабленно, даже играючи, ведёт машину, но есть в его повороте головы, в резкой линии скул что-то хищное, неукротимое, что привлекает внимание и завораживает.

Кто он, все же?

Почему, вообще, согласился мне помочь, изменив свои планы, и катает меня, даже ничего толком не спрашивая?

Спросить?..

Нет, не буду. Вдруг ответ мне не понравится?..

Простившись с ним у въезда в закрытый двор, я прохожу через калитку, вхожу в подъезд и, взяв ключ у портье - хорошо, что тут такая система, а то я бы не попала в квартиру - поднимаюсь на этаж.

Это новая квартира, которую родители подарили нам на свадьбу.

Мы должны были приехать сюда вместе с Иваном и вместе тут жить. Как семья…

Но теперь эти слова - свадьба, брак, будущее - максимально далеки от меня.

Мне бы разобраться с настоящим.

Сажусь на широкий диван, и время словно замирает. Вокруг тишина, и, кажется, эта тишина давит на меня, заставляя чувствовать себя ещё более одинокой и потерянной.

Я не знаю, сколько прошло - минуты или часы, как вдруг раздаётся сильный стук в дверь.

Я не хочу выныривать из своего полусна и еще меньше хочу кого-то видеть или что-то объяснять. Но стук становится громче, требовательнее - в дверь буквально ломятся.

И, пока не вмешалась охрана - минусы элитного дома - я иду открывать.

За дверью родители.

Взволнованные и чуть раскрасневшиеся. Мама выглядит так, будто только что бежала марафон, а у папы выражение лица, которого я никогда прежде не видела - его обычные решимость и воля, но с примесью страха.

- Алина! - мама бросается ко мне и обнимает, словно стремясь убедиться, что со мной всё в порядке.

Как в детстве, когда я падала с горки или с велосипеда - тогда они смотрели на меня точно так же.

Ощущаю её дрожь, и это меня это отрезвляет - мое бегство было чуточку безответственным. Но мне нужно было остаться одной и пережевать внутри все случившееся.

- Мы так волновались!

Папа тоже порывисто обнимает меня, буквально выдирая из маминых рук, а, отстранившись, придирчиво осматривает, отодвигает нижнее веко и переворачивает запястья, как будто проверяет, не сделала ли я с собой что-нибудь.

Так вот что они подумали! И вот почему такие испуганные.

- Пап, ты чего! - протестую возмущенно, хоть и слабо. - Как ты мог такое подумать?

- А что я должен был думать? - ворчит, но заметно, что он испытывает облегчение.

- Ну точно не это! Я же твоя дочь, а значит, образец благоразумия.

Он невольно хмыкает - ему приятны мои слова.

- Простите, что сбежала вот так. Я просто не могла там оставаться, в том ужасе. Все эти взгляды, перешептывания, эта женщина, Иван… - я ежусь от одних воспоминаний. - Но я в порядке и никаких суицидальных мыслей у меня нет, - пытаюсь успокоить их, и я действительно, в норме.

Почти.

- Это был кошмар наяву, - соглашается мама, снова обнимая меня. - Бедная моя девочка. Не представляю, что ты чувствуешь.

- Вряд ли вы чувствуете что-то сильно другое, - пытаюсь улыбнуться.

Эта гадкая сцена у алтаря была шоком для всех, кто там был.

Родители обмениваются взглядами. Мама берет меня за руку и ведет обратно к дивану. Садится рядом и притягивает мою голову к своей груди, оберегая и утешая. И в этот жесте столько любви, что у меня в горле снова образовывается комок. И становится не так важно, как я чувствую себя сейчас, важно, что они рядом, что они готовы выслушать меня, поддержать, и, если понадобится, защитить и порвать за меня всех. В такие моменты семья - это единственное, что действительно имеет значение.