Книга Давай разведёмся, страница 83 – Марика Крамор

— Некоторым людям поистине тяжело откровенничать и говорить о своих чувствах. Они могут выражать их в другой форме. Они говорят на другом языке. Это не хорошо и не плохо. Это просто иначе. Если бы все люди мыслили и чувствовали одинаково, не было бы этого разрыва. Но мы все разные. То, что нормально для одного, абсолютно неприемлемо для другого. К примеру, вам нужно, чтобы Марат делился с вами. Тогда вы будете чувствовать эмоциональную близость с ним, вы будете рады. А Марату для этого нужно нечто другое. Немного проще партнерам, чьи интересы и потребности сходятся. Но лишь немного проще.

— А если нет?

— А как лично вы считаете, могут ли мужчина и женщина быть счастливы вместе, если они разные?

— Я не знаю. Наверное, это очень сложно… — неожиданно сомневаюсь.

— К примеру, она любит кошек, шумные компании, танцевать и выступать перед другими. Он любит собак, читать книги в тишине, покупает новые закладки, чтобы не сбиться с нужной страницы, и бегает по утрам. Считаете ли вы, что их отношения обречены на провал?

— Честно говоря, я не могу рассуждать на эту тему. Мне кажется, даже если люди не похожи, они могут попробовать быть счастливы вместе.

— Они будут счастливы вместе, пока каждый из них будет чувствовать любовь другого. Будет ощущать себя нужным и важным, а не использованным. Как только этот посыл прекращается, начинаются проблемы. Но чтобы один из супругов чувствовал, что его любят, другой должен это демонстрировать. И проявлять так, чтобы его услышали. То есть на языке своего партнера.

— В каком смысле?

— Представим ситуацию. Жена не любит собак. А ее муж улетает с командировкуи просит поухаживать за его псом на время отсутствия. Жена ответит: «пёс твой, вот и решай вопрос. Я с этим чудовищем гулять не стану». Или жена просит мужа сходить с ней в танцевальный клуб. А муж ворчит: «Ты же знаешь, я терпеть не могу эти танцульки! Что ты меня туда тащишь?!» Вряд ли это поспособствует взаимопониманию. Но иногда, чтобы осчастливить своего партнера, нам приходится делать то, что нам не слишком нравится. Например, ходить с женой в танцевальный клуб или на концерт, потому что ей это нужно. Или проснуться пораньше и раз в неделю побыть с мужем, пока он выгуливает собаку, потому что для него это важно. Мы можем быть совершенно разными, но если мы понимаем, что важно для нашего партнера, то это как правила игры, которые мы можем соблюдать. А можем игнорировать. Но оговаривать эти правила желательно перед игрой. Бывает так, что происходят недопонимания. Но обиды не должны быть препятствием к счастью. Любовь это выбор. И сделать его каждый из вас может уже сейчас.

— Антон Павлович, я понимаю, конечно, куда вы клоните. Но ведь у нас с Маратом несколько иная проблема.

— Разве?

Доктор загадочно улыбается. Как-то очень по-доброму.

— Ну да…

— И какова же она?

Очень тяжело собрать по кусочкам и дать общий ответ. Все кажется неточным.

Начинаю говорить о том, что испытала дикое потрясение, узнав, что Марат ходит к психологу, ведёт дневник. Что я была шокирована его откровениями. И прошу доктора обсудить со мной именно это. Я уточняю, как давно Марат бывает здесь, делюсь тем, что мне уже успел открыть супруг.

— Профессиональная этика не позволяет мне поднимать вопросы, которые были затронуты мной и Маратом при личных посещениях, — я совсем сникаю, потому что ответов на то, что меня интересует, я, очевидно, не получу. — Но… мы с вашим супругом обсуждали подобную возможность. И он позволил мне поучаствовать в подобном разговоре. В пределах разумного, — осторожно очерчивает границы личных интересов Марата.