Книга Гулящий. Отдана брату мужа, страница 38 – Иман Кальби

— Я ничего уже не жду от этого мира! — разворачиваюсь к ней и все-таки повышаю голос. Умеет она вывести из себя, как ни крути, — повторюсь: родит-поговорим после ДНК. Оно, знаешь ли, только правду показывает. Даже если очень сильно хочется верить в неправду…

Как у нас с тобой, матушка…

— Не заботься о нем, просто дай фамилию и имя, отдай мне… Я воспитаю.

Единственная радость будет мне на старость.

Меня на смех пробирает.

— Ты? Воспитаешь? Да лучшепусть пустышка Джаннет этим занимается, чем ты. Видели мы все уже, кого ты понавоспитывала…

— Ты жесток, сын.

— Ты тоже, мать.

Говорю и захожу внутрь, хлопая входной дверью.

Впереди и без нее неприятный разговор.

В последние месяцы я все чаще задумываюсь, что может и хорошо, что

Ди сбежала. Да, мое сердце в мясо, но… она в безопасности, она далеко, а я… я по уши в проблемах.

Рамазан в курсе, но и он тут мало чем может помочь. Партнер в Китае, с которым я работал по поставкам, за которого лично ручался, слился. Просто взял и пропал. Нет его. Теперь все предьявы ко мне. А я в душе не е, как это разрулить, потому что впервые такое. Это надежные люди, мы с ними много что вместе прошли. Странная какая-то история, полуподставная. Я бы понял, я бы разрулил, но в тот момент, когда нужно было действовать оперативно, я был занят страданиями по Диане. Лох педальный. Теперь получи и распишись… Не сегодня — завтра меня поставят на счетчик, но только просто выплатой долга этот вопрос не решится. Был удар по моей репутации, есть логистическая цепочка, которая дала сбой и привела к убыткам. Просто капец.

Фиаско гигантского масштаба.

— Здраствуй, Батыр Алиевич, — говорит мне Баха, вставая и протягивая руку, — салам. Ждать заставляешь… Все хорошо у тебя?

— Не выспался только. А так все прекрасно.

— Так уже же третий час, а ты все спишь… — усмехается он, — депрессия что ли? Неужели из-за дел? Дела фигня. Я уверен, что ты разрулишь. Вон, парни мои кипяшуют, обижаются думают, что вы с Ромой нас подставили. А я говорю им тормознуть, что ребята уважаемые, подставы исключены. И решишь ты все, разрулишь с китаезами. Разрулишь ведь, Батыр?

— Разрулю, — смотрю ему прямо в глаза, потому что уверен в себе и точно знаю, что слабину сейчас давать нельзя. Ни за что! — мне еще месяц нужен, Баха. Наши трекеры по счетам привели в Сингапур. Линь говорит, что один из главных финансовых директоров туда утечку устроил — это обнаружило китайское правительство и их временно выкинуло из системы и счета заблокировали. Он не отказывается возмещать ущерб, а я в свою очередь, не отказываюсь возмещать его вам, но нам нужно время, чтобы не просто дать бабло, а восстановить, как было…

— Хорошо говоришь, Батыр, дельно, — откидывается на стуле. К нам подходит молоденькаяофицианточка, вся трясется, потому что знает, что не добрые дяденьки-профессоры в институтах тут сейчас сидят. Он окидывает ее жуть каким сальным взглядом, а потом делает щедрый заказ. Я воздерживаюсь.

— Что так, Батыр? Не говори, что на диете. Раздели со мной трапезу, на двоих заказал. Прощу, только если узнаю, что дома ждет та, кто готовит вкуснее.

Мое сердце заходится. А вот это хреновый знак. Когда в такой среде начинают о личном, это уже про шантаж и ультиматум. Думаю о Диане.

Судорожно, панически, до паранойи. Ну, не могло же быть так, что я ее не нашел, а они нашли⁈