Онлайн книга «Гулящий. Отдана брату мужа»
|
Я уже ведь научилась жить без него, вспоминая про нас лишь только хорошее, концентрируясь на том многом, что он мне дал — чувствам, роскошь испытать которые хотя бы раз в жизни есть далеко не у всех женщин, а сейчас… Сейчас он снова рядом. Нет, не физически. Хуже. Он рядом самым моим болезненным триггером, триггером, который ломает во мне все выстраиваемое все эти месяцы спокойствие. Девушка, которую нужно спасать — Джаннет. Ребенок, который под угрозой после ее сильной травмы при аварии — Его. Я знаю это. К сожалению, знаю. А еще снегопад, словно бы нарочно посланный судьбой мне для того, чтобы свести лицом к лицу с этой самой большой болью моей жизни, лишает меня любых возможностей отступить… Крик медбрата: «Двадцать четвертая неделя! ДТП!» — мгновенно переключает меня в режим алгоритма. Я максимально концентрируюсь на задаче, а она неизбежна… В ближайшие часы физической подмоги не ждать! Лицо Ивана бледное, но решительное. Он верит в нашу команду. Но ни он, ни я не могли предположить, что возникнет вот такой форс-мажор… Все эти месяцы я думала, что работа — мой щит. Пока я в белом халате, пока говорю языком протоколов и цифр — мне нечего бояться. Но когда носилки с гулом вкатываются в приемный покой, этот щит безвольно выпадает из рук. На простыне — молодая женщина, живот высокий, напряженный. Медбрат кричит: — Двадцать четвертая неделя, ДТП, тупая травма живота! Я подхожу ближе — и дыхание обрывается. Это она. Джаннет. Та, чья тень всегда стояла между мной и Батыром. И вот она — не соперница, не чужая, а моя пациентка. Женщина с живым ребенком внутри. — Ди, — голос Ивана будто возвращает меня в реальность. Он смотрит серьезно, но с доверием. — Ты справишься. Здесь нет гинеколога, но я уверен в твоих способностях. Твоя компетенция, Ди. Травматология… Решать тебе. Я киваю. Мне некогда думать о том, чьего ребенка я сейчас пытаюсь сохранить. Это мой долг. — Кислород, две вены шестнадцатого, греть растворы, монитор! —отдаю распоряжения дрожащим голосом. Я никогда не делала этого вживую, но слишком хорошо знаю все, что нужно, как мантру. Рука автоматически подкладывает клин под правый бок — иначе матка сожмет вены, давление рухнет. Сколько раз я о таком читала, сколько научных работ изучила… УЗИ-датчик в моих пальцах холоден, экран светится. Я ищу то, что важнее всего. Есть. Сердечко. 152 удара в минуту. Жив. Но матка напряжена, схватки уже пошли. Угроза преждевременных родов. Я сжимаю губы, диктую: — Бетаметазон — немедленно. Нифедипин — под контроль давления. Если частота схваток усилится — готовим магний. Перекрестная проба, коагулограмма. Узнаем резус. Все это — привычный набор слов, алгоритм, спасательный круг. Но в груди — пожар. Я лечу женщину, которая носит ребенка от мужчины, которого люблю сама… Он знает о ее ребенке, а о моем… Рука автоматически опускается на собственный живот. Джаннет вжимает ногти в мою ладонь, глаза ее затуманены болью и страхом. И вдруг она всматривается в меня пристально, словно пытается вспомнить. — Ди… Диана? — ее голос почти не слышен. — Это ты? Что ты… Сердце замирает. Она знает. Я не могу отвернуться, я врач. — Да, я врач. Все будет хорошо… — шепчу я, смотря ей в глаза. Она дышит рвано, шепчет, и слова падают прямо в мою грудь, как камни: |