Книга Развод. Все решено, страница 7 – Элен Ош

— Прости меня, Ксюша, — прошептала подруга, протянув ко мне через стол руку и сжимая кончики пальцев.

— За что? — не поняла я.

— Так я же тебе эту гадалку посоветовала. Сама никогда не обращалась. Не было нужды. Но клиенты рассказывали. Так хвалили ее. Теперь даже не знаю, что и сказать.

— А что тут скажешь, Лера? Я ведь его и поймать с поличным не смогу. Не буду же бегать за собственным мужем! Он постоянно на вызове. Со своими бандюгами. Ума не приложу, когда успел налево сходить? Ведь Андрей для меня всегда героем был. Мужественный, серьезный и не способный на глупости.

— Ну, ты не накручивай себя, Ксюша. Может, врет гадалка. Так, для красного словца наговорила, чтобы цену себе повысить.

— Она всю правду мне про родных рассказала, Лера. А когда увидела, что я сомневаться начала, про Аньку выдала, что Сергейей не пара. Вот откуда бы старуха про Аню-то бы узнала? Нет, Лера! Не соврала она. Изменяет мне Андрей. Чувствую это. И знаю. Он опять кончить не смог. Видимо, всю сперму на любовницу тратит.

Лерка подавилась и закашлялась от моих откровений. Пришлось похлопать ее по спине и налить стакан воды. Но я задумалась. Возможно, я накручиваю себя, и Андрей прав: устает, нервничает на работе. Оттого и казусы такие. А я с наездами! Меня-то он старательно удовлетворял, доводил до экстаза.

Да, Андрей бывал резким. Частенько в его речи пролетали матерные слова. Но с его-то работой других оборотов речи и быть не могло. И дома не сразу переключался. Лишь присутствие дочерей сдерживало Волкова, заставляя подбирать слова. В остальном, Андрей был внимательным. Когда находился рядом. А это бывало далеко не всегда.

Мы даже в отпуск толком съездить не могли. За границу Андрей был не выездной по долгу службы. Выбирались куда-нибудь поблизости, чтобы он мог в любой момент вернуться, если обстоятельства заставляли.

Порой я ревновала его к работе. Какой бы ни была она тяжелой и нервной, Андрей обожал свой отдел и род занятий. А теперь к моим эмоциям в отношении работы мужа добавилось недоверие к его верности мне. Гадкое чувство!

Руки машинально вновь вытащили из блистера таблетку. Я запила ее водой, которую налила для подруги. От наплыва тревожных мыслей голова снова разболелась. Зажмурившись, я зажала двумя пальцами переносицу, унимая боль. Не помогло снять симптом, но позволило успокоиться, направив мысли по иному руслу.

Уже не девочка, и пора бы пройти обследование. Я каждый раз махала на себя рукой, едва где-то что-то кольнет. Ну потом, думала я. А теперь посмотрела с другой стороны: если муж изменяет, на кой ему нужна больная жена. Он и вовсе уйдет. От этой мысли даже голова закружилась.

Я ухватилась за столешницу. Медленно выдохнула. Опять давление подскочило? Я, конечно, никогда его не измеряла, но само так подумалось. Иначе, почему частые головные боли? Теперь-то понятно: нервы. Но до пропажи кольца как-то и повода для расстройств не было.

И снова мысли про украшение. А Волков словно назло и не думал искать. Опер называется! В собственном доме пропали драгоценности, а он и пальцем не пошевелил. О чем это говорит? Сам изъял. И не признается. Но разве такможно? Хотелось не то чтобы плакать, а выть белугой.

Лерка чмокнула меня в щеку, проговорив на прощание, что все обойдется. И убежала в салон. Клиент у нее. Я убрала со стола грязную посуду. Выбросила остатки пирожного. Что толку хранить? Доедать не буду.