Книга Звонкие чувства, страница 76 – Зина Кузнецова

Аня кивнула, глядя на остывший чай в своей кружке. Рука ее механически гладила Диккенса, пристроившегося на коленях.

– Но все-таки, – начала она, – пусть мы и другое поколение, но в своей сущности ничем не отличаемся от каких-нибудь античных людей. Даже они писали о любви. И мне так безумно хочется, чтобы меня любили. И я знаю, что ты скажешь, что меня уже любят. Что есть ты, Оля, моя семья, что я сама могу дарить любовь. Это все да, конечно. Но ты же сама понимаешь, если честно посмотришь внутрь себя, что это совсем не та любовь. Я хочу, чтобы меня любил мужчина. И чтобы тот, которого люблю я. Ну ничем, Роз, – Аня посмотрела на подругу с тоской, – ничем этого не заменить! Да, наверно, можно жить счастливо. Да, любовь с мужчиной – это не смысл жизни. Но я так этого хочу. И так гадко, что надо просто ждать и молиться, верить, что однажды и нам пошлют это чувство, а я ничего, ну просто ничего не могу сделать! А я вот уже чувствую внутри, понимаешь, что во мне так много любви! Именно любви взрослой, той самой, которуюнужно пережить. Но она только варится внутри меня, бурлит, а мне некуда ее девать. А нужно только ждать, и ждать, и ждать…

Роза вновь подумала, что даже если ждешь, не факт, что встретишь. Но что остается? Только надеяться.

Аня закашлялась, глотнула чай, а потом сказала:

– А из-за Мити ты не расстраивайся. Никто не знает, в каких они с Дианой отношениях. Может, его чувства к тебе никуда и не делись. Потому что вашу странную дружбу я иначе никак объяснить не могу.

– Почему странную?

– Ты извини, но вы слишком много времени проводите вместе для просто друзей. И как-то быстро потянулись друг к другу, будто только и ждали этого. Так что я за то, что у него еще есть к тебе чувства, но они спят. Нужно просто им помочь проснуться.

– Я будильником быть не собираюсь.

– Конечно, нет. Я не имела в виду влезать в их отношения. Просто не отчаивайся. Вот и все. Все еще может измениться.

– И ты, Анют, не отчаивайся. Однажды ты встретишь того самого.

– Угу, – тоскливо отозвалась Аня. – Только что-то он все никак не идет. Где же ты, моя любовь, – вздохнула она и зашлась страшным кашлем.

Роза внимательно оглядела подругу. Волосы у нее были грязные от пота, под глазами залегли темные круги, а нос покраснел. Аня снова закашлялась, да так, что ей пришлось опереться руками о стол. Роза вскочила, помогла подруге добраться до кровати и уложила в постель. Затем налила ей побольше воды, поставила на тумбочку. Еще притащила из кухни носовые платки, заказала суп, разогрела его, накормила Аню. Когда та уснула, Роза тихонько ушла, захлопнув дверь.

3

Дверь Розе открыл не Вова, а его мама, что бывало очень редко, потому что она обычно постоянно работала.

– Здравствуйте, Роза Романовна, – приветливо сказала она и быстро накинула на себя пальто и шарф. – Вы проходите, я убегаю.

Вова выполз в коридор, меланхолично поздоровался с учительницей и, прислонившись к стене, стал слушать указания матери.

– Так, в холодильнике еда на вечер. Розу Романовну чаем напои, так холодно на улице! И выведи Джека, – их шпица, – пожалуйста, сегодня у меня сил не будет.

Вова кивал-кивал, потом закрыл за матерью дверь.

– Пойдемте сразу чай пить тогда, – сказал он Розе.

Чай пили не в столовой, где стоял только огромный дубовый обеденный стол, а на кухне, где стол был попроще. Видимо, здесь семья ела, когда не приглашалагостей.