Книга Поиск сокровищ, страница 57 – Зина Кузнецова

– Хорошо. Я думаю, что смогу подкинуть тебе хороший предлог. У нас закончился чай, кофе и почти иссякли запасы консервов.

– Так даже хорошо! Так Катя точно не подумает ничего такого, если мы уедем.

Александр Александрович отпустил Рому и Лесю легко. После того случая с розыгрышем он старался не смотреть на Лесю и лишний раз не общаться с ней, поэтому, когда она вошла к нему в рабочую палатку, А. А. даже не дослушал ее до конца и почти сразу сказал, что он не ее начальник, что она гостья вэтой экспедиции и может ехать, куда захочет. Тогда Леся попросила его перед всеми дать им с Ромой поручение, которое послужило бы предлогом. На это он тоже кивнул, не поднимая взгляда от своих записей.

Леся волновалась, что, погруженный в свои переживания о сокровище, А. А. просто-напросто забудет о ее просьбе, но нет, за завтраком на следующий день он громко сказал, что запасы еды истощились и кому-то нужно съездить в город, чтобы купить все необходимое. Леся с удовольствием выбросила руку вверх, чтобы никто не успел ее опередить. Довольная тем, что ее план удался, она запрыгнула в машину к Роме. В ней было страшно душно, как в бане. Сиденье обжигало обнаженные ноги. Когда Рома включил кондиционер, Леся облегченно вздохнула.

– Ну что, поехали? – улыбнулся Рома, приспустив на нос солнцезащитные очки и глядя на Лесю.

Первые полчаса Леся трещала без умолку. Она чувствовала себя виноватой из-за того, что по ее прихоти Рома тратит столько времени, и считала себя обязанной хотя бы легким и веселым разговором скрашивать их поездку. Но через полчаса Леся выдохлась. Она мало спала ночью, волновалась из-за того, что весь день должна будет провести в компании парня, который ей нравился, и сейчас глаза ее начали слипаться, но спать она себе не позволяла.

– Вот бы сейчас кофейку бахнуть, – сказала она, зевая.

– Я могу остановиться у ближайшей заправки. Там и перекусим что-нибудь.

– Давай! А мы с папой всегда так делаем. Это наша любимая традиция. Если куда-то едем, всегда заезжаем на заправку, берем кофе и хот-дог. Папа у меня вообще-то старается следить за питанием, ходит в зал еще постоянно, но хот-дог с кофе на заправке для нас – святое. Бывает, что мы даже специально из дома выезжаем на час раньше, чтобы перед его работой и моим институтом успеть перекусить. Бабушка нас ругает, говорит, что лучше бы мы дома полезно питались. А как… Дело же не в еде, дело же в нас с папой, в заправке… Ну не знаю, это просто важно, и все.

– Ты постоянно про папу с удовольствием рассказываешь, как я заметил.

– Ну а зачем мне говорить про него плохо? Он у меня самый лучший. Всегда меня защищал. Однажды знаешь, что было! Это ужас! Одна девочка в школе пожаловалась, что я ее задираю. А я никогда в жизни! Я со всеми дружила всегда. Не знаю, почему она решила такое сказать, завидовала, наверно…Не знаю! Но в общем, завуч так орала на меня! Эта девочка вроде была ее племянницей. Завуч говорила, что мое место на улице под мостом, что я идиотка, что из меня никогда ничего не получится. И тут вдруг влетает папа. Его, видимо, вызвали, но разбор полетов решили устроить, не дожидаясь. Завуч так орала, что он все слышал еще в коридоре. Он тогда наорал на нее. С матами даже, кажется. Сказал, что, если еще раз она что-то такое мне скажет, он ее уничтожит. Он прямо по слогам сказал, я запомнила: у – ни – что – жу. Папа тогда еще в суде работал, и завуч испугалась. Я тогда так им гордилась. Помню, мы уходили из кабинета, а я обернулась и посмотрела так хитро и самодовольно на ту девочку, которая меня подставила: типа, вот, смотри, завидуй. Ну суки они обе, короче, – простодушно закончила Леся.