Книга Поиск сокровищ, страница 81 – Зина Кузнецова

– Русский бунт, беспощадный для современников и бессмысленный для потомков, – сказал Костя.

– Никакого выхлопа в виде сокровищ, – поддакнул Гера.

Все посмеялись, но как-то вымученно.

Леся этого уныния не разделяла. После вчерашнего разговора с Ромой она ощущала себя так, будто внутри у нее то и дело радостно мигали звезды, но все же так же чувствовала и неудовлетворенность, что кульминационный момент их поисков оказался пустышкой. На А. А. было страшно смотреть. Он выглядел как приговоренный к смерти, которому обещали помилование, а затем забрали слово назад.

Пошли к кургану. Леся шла рядом с Ромой и Севой. Не сговариваясь, Рома с Лесей не проявлялисвою симпатию открыто, но и не скрывали, поэтому, когда они подошли к кургану, Рома провел по ее спине ладонью и заправил ее прядь за ухо прежде, чем начать работать.

В этот раз все шло совсем невыносимо долго и нудно. Даже затянутое небо, казалось, устало от археологов и гнало их домой. Никто уже не надеялся ничего найти. Надо всеми, как купол, повисло жестокое разочарование и усталость. Даже Маша, всегда бодро и усердно работавшая, часто останавливалась и с грустью смотрела на церковь. У Леси создалось впечатление, что она единственная, кто по-настоящему верил в сокровище, кроме А. А.

К вечеру, безуспешно проработав весь день без обеда, все уставшие медленно поплелись к лагерю. Первыми подошли к умывальнику дежурные по кухне, затем уже все остальные. Леся и Рома, стоя в очереди, шутили и смеялись, как нашкодившие первоклашки. Точнее, хихикала и шутила Леся, а Рома, слушая, запрокидывал голову и громко смеялся. Иногда ребята в очереди с удивлением оборачивались на них, но никто никак не комментировал эту обнаружившуюся симпатию.

Сева, поняв, что Рома и Леся нравятся друг другу, больше не создавал никаких двузначных ситуаций и если и общался с Лесей, то нейтрально – так, чтобы никто не сказал, что у них любовный треугольник.

И как-то особенно подобрела Маша. Взгляд ее перестал быть колючим, когда она была вынуждена смотреть на Лесю. «Неужели она ревновала Севу ко мне? Бедная», – подумала Леся.

Раз в два дня Леся и Рома ездили к Кате. Чаще они не отпрашивались, чтобы не раздражать А. А., который и без того, казалось, готов был закопать любого за малейший проступок. Иногда в поездке к ним присоединялся Сева. Кажется, он чувствовал вину из-за случившегося, хотя так волноваться стоило не ему, а его дяде, который и был ответственен за экспедицию и за всех ее членов. А. А. же, убедившись, что Катино падение не будет иметь никаких последствий для него лично, больше о ней не вспоминал. Казалось даже, что, когда Рома и Леся отпрашивались к ней, он искренне не понимал, о ком речь. А уж когда с ними уезжал и Сева, то и вовсе недоумевал: зачем тратить время за пределами места раскопок, когда есть шанс… Пусть маленький, но есть!

К своему стыду, Леся замечала, что расстраивалась не меньше А. А., когда понимала, что Сева поедет с ними. Она любила это время наедине с Ромой. Влагере они почти не оставались одни. А во время поездки она обычно включала свой любимый рэп, травила какие-то байки в своем стиле и расспрашивала Рому о его семье, архитектурном факультете, его планах на жизнь, он ее – об отце и о том, как она пережила смерть матери. Леся пожимала плечами.