Онлайн книга «175 дней на счастье»
|
Лилька еще дрыхла в комнате, так что мы с папой остались наедине. Он не то чтобы спешил, но я видела по его позе, что вот сейчас он сделает последний глоток чая – и огромная суровая пасть «Работа» беспощадно поглотит его. – Самолет или машина? – ни на что не надеясь, спросила я. Папа читал новости в телефоне, поэтому не услышал мой вопрос. Я налила кофе в белоснежную фарфоровую чашечку из красивого сервиза, который еще прабабушка в революцию, а потом в период раскулачивания сберегла. Так он у нас и передается из поколения в поколение по женской линии. Только раньше его за семью замками хранили, а мама заявила, что вещь должна жить, отмыла чашки и блюдца и в тот же вечер напоила нас чаем из них. Громким, бьющим по вискам звуком отсчитывали минуты старые кухонные часы. Я села напротив папы, наклонила голову, нарочито громко вздохнула. Потрясающая концентрация у человека – ноль внимания! – Папа! – Ты что-то сказала? – Он перевел взгляд с телефона на меня. – Как я в этом году буду добираться до бабушки с дедушкой? Вы отправите меня на самолете или ты меня отвезешь? – Как и всегда, отвезу сам. А к чему вопрос? – Просто… Вдруг ты ужасно и страшно занят. – Занят ужасно и страшно, у нас начинается вся эта суматоха с приемной комиссией, но отвезу. Меня вмиг охватила радость. Я стала подшучивать: – Сутки в пути… Папа, а ты идейный человек! Каждый год возить меня к бабушке с дедушкой на машине… Потрясающее упорство! И ведь не лень! Но он ничего не ответил – уже опять читал новости и вздыхал: «Как быстро все меняется, как быстро…» Так я и позавтракала вместе с папой. Июнь, 3 Снова ужинали в ресторане. Снова не своей семьей, а с какими-то коллегами родителей. Я опоздала. – Как ты сказала тогда, Маша, – начал папа, – помнишь, я отчитывал тебя за неорганизованность – что-то вродетого, что, опаздывая, ты приковываешь к себе все взгляды? Мы думаем просто: непунктуальная. А у человека целая философия! Я пожала плечами. К доброму смеху всех собравшихся отнеслась снисходительно. Как будто кто-то из них знает, как трудно быть девочкой в наше время. Приходится слегка чудить, чтобы не утонуть в забвении многообразия. Собственно, писать больше и нечего. Упомяну только то, что в этом году у бабушки с дедушкой будут гости. Кажется, Ма́ковские – папин друг студенческих лет и его сын… У них какие-то дела в тех краях, и папа предложил жилищную помощь. Я мало слушала. Была занята пристальной симпатией молодого официанта. Он не отводил от меня взгляда, а когда принимал заказ, как бы случайно уронил карандаш и, наклонившись, едва ощутимо коснулся моего плеча своим. Это было интересно только первые полчаса, потом я устала. Не захватывает. Неинтересно. Неволнующе. 23:00. Стоим в пробке. Мама склонила голову к папе на плечо, что-то тихо ему говорит. Боже мой, родители еще не разучились общаться! Странно, мне казалось, на неделе они от силы видятся час. Июнь, 5 Вечер. Душно и тепло. 22:00. Пишу уже почти в темноте, на трассе освещения немного, уже опустились сумерки. Машину трясет, поэтому почерк плохой. Остановились около придорожного кафе – одноэтажного серого вытянутого здания. Краска уже почти сползла с него, на окнах грязнеют полосы от капель дождя, а на входе надпись: «Туалет за зданием! Ключ даем только клиентам». |