Онлайн книга «Майское лето»
|
– Никиточка, – она подняла на него блестящие и покрасневшие глаза, – давай отпустим, а? Ну пожалуйста… она ведь мучается. Он даже растерялся. – Совсем отпустить? – Совсем. – Глаза Нины стали блестящими, а кончик носа покраснел. – И больше сегодня давай не будем ловить. Давай больше не будем, ну, Никиточка, – добавила она. Как ему не хотелось отпускать свой улов, если бы кто знал! Он совсем не воспринимал рыбу как… ну, как что-то живое, что может нуждаться в жалости. От вида избитой собаки у него всегда разрывалось сердце, и он был готов спасти несчастное животное, как сделал это с Нининой кошкой, но рыба… Как можно ее жалеть? Это ведь еда. – Ну что тебе стоит… – Нина потерла нос и провела ладонью по глазам, вытирая слезы. Никита взял ведро и вытряхнул из него свой скудный улов. Когда он повернулся к Нине, глаза у нее все еще были на мокром месте, но на губах уже играла благодарная, ласковая улыбка. Сердце его, сжимавшееся при виде ее слез, тут же как будто свободно вздохнуло. – Спасибо, – сказала она и осторожно, будто робея, прижалась к нему. Никита замер. Через секунду, конечно, прижал ее крепче, но в те первые мгновения он был поражен тем, как приятно с ней вот так просто стоять. Он даже подумал, что нужно было тогда не поцелуя добиваться, а обнимать. Когда она пошевелилась, он легко опустил руки. Не хотелось ломать то хрупкое, что они вокруг себя возвели за эти несколько недель. – Теперь опять весь день лицо будет красное… – проворчала она, поворачиваясь к реке. – Ты знаешь, у меня есть отвратительная особенность. Если я хоть слезинку пущу, это всегда будет заметно по меньшей мере еще сутки. Не знаю, что делать. Особенность, конечно, ужасная… Когда Никита возил дедушку по делам, Нина проводила время с друзьями, но больше – с Тусей. Она рассказывала ей про все свидания. – И знаешь, что мне нравится в нем больше всего? – говорила Нина с улыбкой. – Нет, – отвечала Туся с искренним интересом. – Он открыт новому, понимаешь? Есть такой тип людей… чаще – не очень образованных, которые вдруг становятся такими принципиальными в своем невежестве, что просто ужас. Те, которые даже допустить не могут мысли, что над чем-то непонятным им стоит подумать, а не считать это бессмыслицей… Он не такой. Он готов… нет, он хочет знатьбольше, понимаешь… Есть в нем вот эта приятная живость ума, которая постоянно толкает его к чему-то большему. Как-то я спросила у него, согласен ли он прочесть что-то, что раньше ему казалось скучным. Он сказал: «Да». Понимаешь, без недовольства сказал, не чтобы доставить мне удовольствие ответом. Он правда не против. Он не считает недостаток образования ни своим особенно положительным качеством, ни непреодолимой пропастью, понимаешь? А вообще, он очень умный. Правда, он как-то по-житейски умный… Не знаю, как объяснить… Вот недавно они с дедушкой говорили о физике, а я в ней как дерево, поэтому просто молчала и слушала… Так вот, он не знал формулу вычисления давления. Дедушка откопал задачник еще своих школьных лет и пристал к нам с Никитой. Задача такая: кто больше давит на поверхность – слон или маленькая девочка. Я помню, что тут все сложнее, чем кажется… Так вот, представляешь, Никита не знал формулу давления, ну, сила на площадь… И он просто логикой эту формулу сам вывел. С помощью рассуждений. Представляешь? Он как-то пришел к этому… что-то вроде того, что девочка массой своего тела давит точечно, а у слона четыре ноги… Ладно, я не запомнила. Но он умный! Я все больше восхищаюсь им… |