Онлайн книга «Неистовые. Меж трёх огней»
|
Инесса Германовна, звезда моя, как же вовремя я о тебе вспомнил! Глава 11 Гена И всё же, что Бог ни делает — это к лучшему. Какая благодать — прошвырнуться в летний субботний полдень пешком по центральному проспекту. Солнце, музыка позитивная, куда ни глянь — ноги голые, стройные, загорелые! Маечки открытые!.. У-ух! Ох, женщины, в вас столько сока!.. Вот только совести ни грамма. Толкаете на путь порока, А я ж очищенный — из храма! Настроение благостное, и сейчас я пытаюсь воспринимать своё одиночество, как отпуск — только для себя. У меня почти получается. Правда, плачущая Наташка никак не выходит из головы. И злой Жека. К дому Германовны я подхожу нагруженный, как мул. С надеждой на тёплый приём я купил всё, что любит эта капризная женщина — виски, фрукты, конфеты, цветы и гигантский арбуз. — Ы-ы-ы… — радостно поприветствовал меня квартирант, он же домработник и любовник Инессы, и посторонился, пропуская в квартиру. — Твою мать, Жора!.. — я бросил раздраженный взгляд на его красный фартук, потому что больше на этом парне ничего нет. — Жоржик, кого там ещё хер принёс в такую рань? — послышался из глубины квартиры хриплый голос хозяйки, а следом показалась она сама. Задраться в пассатижи! У меня аж уши покраснели… И всё же, что Бог ни делает — это к лучшему. Такая это благодать — прошвырнуться в летний субботний полдень пешком по центральному проспекту. Солнце, музыка позитивная, куда ни глянь — ноги голые, стройные, загорелые! Маечки открытые!.. У-ух! О, женщины, в вас столько сока!.. Вот только совести ни грамма. Толкаете на путь порока, А я ж очищенный — из храма! Настроение благостное, и сейчас мне хочется воспринимать своё одиночество, как отпуск — только для себя. У меня почти получается… правда, плачущая Наташка никак не выходит из головы. А ещё злой Жека. К дому Германовны я подхожу нагруженный, как мул. С надеждой на тёплый приём я купил всё, что любит эта капризная дама — виски, фрукты, конфеты, цветы и гигантский арбуз. — Ы-ы-ы… — радостно приветствует меня квартирант, он же домработник и любовник Инессы, и спешит посторониться, пропуская в квартиру. — Твою мать, Жора!.. — я бросаю раздраженный взгляд на его красный фартук, потому что больше на этом парне ничего нет. — Жоржик, кого там ещё хер принёс в такую рань? — послышался из глубины квартирыхриплый голос хозяйки, а следом показалась она сама. Задраться в пассатижи! У меня аж уши покраснели… Эллочка не раз говорила, что Инесса очень похожа на Коко Шанель. Даже не знаю — лично с Коко я не знаком, но сомневаюсь, что легендарная «икона стиля» могла позволить себе встречать гостей в подобном прикиде. Маленькая худая брюнетка с острым взглядом и кроваво-алыми губами, неизменно сжимающими длинный мундштук, предстала передо мной условно одетая — в прозрачных красных шароварах и такой же кисейной разлетайке. Я понимаю, что возник не вовремя и матерю себя за то, что припёрся без предупреждения, но теперь уж вряд ли удастся сделать вид, что я ошибся дверью. Не зная куда девать глаза, я уставился в пол. Инесса Германовна — безусловно роскошная женщина и для своих лет выглядит очень молодо. Впрочем, о возрасте этой дамы я могу лишь догадываться, помня о наличии у неё престарелого сына и взрослой внучки. И, конечно, только у последнего негодяя повернётся язык назвать Инессу бабушкой, однако лицезреть её женские прелести я совсем не готов. В конце концов, для этого у неё имеется молодой жеребец Жора… в стоячем, сука, фартуке. Добродушно улыбаясь, он протягивает руки к арбузу, желая меня разгрузить, но близость голого мужика действует на меня угнетающе: |