Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 37 – Алиса Перова

— У меня тоже, — прорычал я, а в голове невольно сложился образ мелкого засранца из «Один дома».

— Так что скажешь, ты готов попробовать?

Я с тоской подумал о том, что вряд ли мне будет позволено иногда гасить пацана в воспитательных целях, а стоическим терпением я никогда не мог похвастаться. Однако моя дальнейшая карьера, забрезжившая на далёком мутном горизонте, придала мне решимости. Да какие мои годы, и что я, собственно, теряю?

— Всегда готов, Королева! — заявил я со всем радушием, на которое оказался способен.

— Я не сомневалась, — мягко улыбнулась она. — И рада, чтоне ошиблась. Да, Гена, и вот ещё что… с Одиссеем тебе лучше не ссориться. Скорее всего, именно он будет сопровождать тебя в Париж.

Париж!.. Француженки!.. Мулен Руж!..

И заднеприводной Одиссей...

Ух, задраться в пассатижи!

Ах-хренеть! Я и Париж!..

Звучит как фантастика — Геныч в Стране чудес!

Это ж совсем другой мир! В голове уже непроизвольно сложилась ассоциативная картинка, в которую оказалось совсем непросто впихнуть себя, зато Одиссей почему-то очень органично вписался в мои мысленные зарисовки. Вот зачем я о нём снова вспомнил?

Собственно, мой будущий подопечный драконёнок тоже не добавляет позитивных мыслей. И почему нельзя было поставить передо мной чёткую и понятную задачу — охранять спиногрыза? А все эти странные разговоры про дружбу и доверие как-то очень меня напрягают. Да я, может, сам не готов доверять сопливому избалованному засранцу… и тогда с чего он должен доверять мне? А в одностороннем порядке никакого доверия не получится.

А уж дружба… это ведь не просто так — решил и мигом задружил. Это ж должна быть какая-то общая волна, родство душ!.. А какое у меня может быть родство с мелким буржуем? Хотя… может, он нормальный пацан и похож на свою маму... А если на отца? Но, как бы ни было, впереди у меня есть почти пара месяцев, чтобы настроиться и смириться с ролью дружелюбной няньки.

Эх, жаль только, что Дианино предложение не поступило чуть раньше, чтобы я прилетел туда летом, когда раздетые француженки особенно хороши! И к тому же экскурсия по Парижу наверняка стала бы продуктивнее и занятнее в летний солнечный день, нежели под холодным осенним дождём. Надо будет обязательно прошвырнуться в Булонском лесу, пройти по тропам Красной Шапочки и, может быть…

Голос таксиста неожиданно и бесцеремонно выдернул меня из Булонского леса.

— Что Вы сказали? — переспрашиваю его.

— Это у вас, что ли, телефон вибрирует?

У меня? А-а, да — похоже, это у меня. Черт, я ж совсем про него забыл. Ещё утром обнаружил хренову тучу пропущенных звонков и сообщений, но поскольку от Жеки ничего не прилетело, всё остальное я отложил. Перед встречей с Дианой думать ни о чём не получалось, а потом вдруг нарисовался Париж и затмил память. А ведь было столько сообщений и уведомлений о звонках — от кого только не было… но только не от Жеки.

И сейчас это снова не он, а какой-то незнакомый звонарь. Очень настырный, кстати, — я сбрасываю, а он снова звонит. Может, кто важный? Например, с предложением по кредиту на семь лимонов или с волшебнойкартой «Халва».

— Гена! Ты оглох?! — это злобное шипение совершенно точно не подразумевает ни халвы, ни прочей заманухи. Это снова Римма, и она сильно не в духе. — Или ты уже успел получить более выгодное предложение?