Книга Секретарь для монстра. Аллергия на любовь, страница 107 – Анна Варшевская

- «Евушка»?! - голос у Адама срывается.

Я ничего не успеваю не то что сделать - даже подумать!

Потому что не проходит буквально и секунды, как младший уже прижимает старшего к ближайшей стене, схватив за воротник рубашки.

- С ума сошли?! - ахаю, не зная, что мне делать.

Полезешь к ним - так еще в горячке самой прилетит случайно, они же оба выше меня больше чем на голову.

- Ты же знаешь, что я не буду с тобой драться, - доносится до меня сдавленный голос Марка.

Я замечаю, что он только приподнимает руки, но даже не защищается, хотя ему явно тяжело дышать - у него сдавлено горло.

- Даже ради нее?! - выпаливает Адам ему в лицо.

Старший Резанов говорит что-то в ответ очень тихо, я не могу ничего разобрать. Да и вокруг уже начинает нарастать шум - люди тормозят, видя эту сцену. Краем глаза замечаю, как кто-то уже поднимает мобильный - ну да, как же без доморощенных репортеров!

Но тут Адам отпускает Марка и отходит на пару шагов. Я тут же подлетаю к мужчине, который, кашлянув, чуть морщится и поправляет воротник - кажется, там пуговица теперь оторвана.

- Марк!

- Все в порядке, - он качает головой.

Кидаю испепеляющий взгляд на Адама, но тот, посмотрев на нас, молча разворачивается и уходит.

Народ, не получивший скандала и драки, быстро рассасывается.

- Ну и что это сейчас такое было, я не поняла? - говорю мрачно, глядя на мужчину.

- Пойдем, Евушка, позавтракаем, - вздыхает он. - Адам не вернется.

- Вообще или сюда? - уточняю скептически.

- Ну, вообще - никуда он не денется, конечно, - Марк усмехается. - Но в ближайшее время ты вряд ли его увидишь.

- Интересные у вас отношения,- качаю головой.

- Ты даже не представляешь, насколько, - мужчина берет меня за руку. - У нас было очень своеобразное детство. Я…. расскажу тебе. Но не сейчас, хорошо? Потерпишь?

- Потерплю, - вздохнув, пожимаю плечами.

Ну не настаивать же!

В кофейне, которая, оказывается, буквально в ста метрах отсюда, Марк берет мне травяной чай и круассан с шоколадом и миндалем, а себе черный кофе и мясной пирог. Мы устраиваемся рядом на небольшом диванчике, стоящем в углу - к счастью, в зале практически никого нет.

- Ну и как он? - спрашивает у меня мужчина, когда я откусываю крошащееся слоеное тесто.

- Ты знаешь, вполне неплохо, - киваю, протягиваю ему выпечку. - Хочешь попробовать?

Он подается вперед, обхватывает мое запястье ладонью и откусывает кусочек. А на меня вдруг накатывает мощное чувство дежавю.

- Ты точно так же сделал, когда я предлагала тебе ту мясную штучку, - вспоминаю, улыбаясь.

- Я не мог коснуться тебя другим способом, - Марк немного смущенно пожимает плечами.

- А хотел? - наклоняю голову.

- Очень, - он смотрит на меня так, что мне становится неловко. - Попробуешь?

Разламывает на две части свой пирог и протягивает одну.

- Тоже вкусно, - киваю спустя несколько секунд.

- Хочешь, я возьму тебе? - Марк тут же собирается подняться.

- Нет, сиди, - кладу ладонь ему на локоть. - Мне вполне хватит круассана. Кстати, чай тоже вкусный. А как твой кофе?

- Так себе, - он чуть морщится, отпивая глоток.

Тянется к воротнику рубашки, трет шею пальцами, и я с упавшим сердцем вижу… красноту у него на коже.

- Марк? - хватаю его за руку, отвожу, оттягиваю в сторону ткань. - Марк, это… это реакция?!

- Что, уже воспалилось? - спрашивает он устало.