Книга Останови меня, Иначе все повторится, страница 41 – Лира Велена

Карина подошла к барной стойке, разливая коньяк в две стопки. Она наблюдала за мной неотрывно, подмечая детали. Черная юбка и белая блузка, подчеркивали ее строгий стиль и стройную фигуру. А высокий хвост и имиджевые очки разбавляли образ.

— Пей, — протянула стопку с алкоголем. — И объясни, что произошло? На тебе лица нет, а с шеей что? — ее глаза округлились, и зрачки расширились, а я плотнее укуталась в домашний халат.

— Ничего такого, расчесала просто.

Малинина выглядела обескураженно.

— Подожди, Ева. Это же засосы! Матерь божья, — повисла пауза, коллега зависла. — Это свежие. Смачные. И багровые засосы, — по слогам произнесла, стараясь охранять самообладание. — Подруга, послушай, твой супруг, полдня обрывал мой сотовый. Тебя спрашивал. Искал. Переживал. Ведь, ты, как выяснилось не доступна. И, если, я правильно поняла, безуспешно. — Карина становилась хмурой от предполагаемых догадок. — И у меня напрашивается логичный вопрос, который вынуждена задать. Ева, где ты была? А главное с кем? — на выдохе спросила, разглядывая во все глаза. — Кто он мать его? Кто, тот, самец, который хотел сожратьтебя? Рассказывай в деталях? — присев рядом, приготовилась слушать мою исповедь.

— Рассказывать нечего — я изменила мужу, — признание давалось не просто, но держаться невозмутимой гораздо тяжелее. — Переспала с другим, после того, как узнала об измене мужа. Собственно, на этом все.

В столь девственной тишине мы с Кариной ни разу не сидели. Я буквально слышала ее скачущие мысли и видела охвативший ступор.

— Стоп! Давай по порядку. С кем изменил тебе Архип?

— Не знаю. И мне не интересно. Выяснять, я ничего не намерена.

— Хорошо. Тоже верно. Теперь самый главный вопрос, а ты с кем кувыркалась?

— Соболевский Наум. Тебе ведь известно, кто такой — это его работа, — подошла к барной стойке, и налив щедрую порцию коньяка, залпом выпила.

— Серьезно? Он? Он же один из… Ева, а ты тихушница оказывается! Он же ходячий секс. Горячий секс, — шел беспрерывный поток возгласов и искреннего шока. — О, черт. Я же замуж за него… Ох, да я сама с ним не прочь. Подруга, сказать, что я в ауте, значит ничего не сказать. И ты молчала все это время, — сетовала. — Между вами что-то есть? Какая же ты подруга после этого? — никак не могла успокоиться она.

— Между нами ничего нет, так получилось.

— Я тоже хочу, чтобы и со мной подобное получилось, — охнула она, прикрывая ладонью рот. — Так, стоп. Ты себя в зеркало видела? Он пытался тебя до костей обглодать? Боже, какой мужчина. Вот это страсть, — честно говоря, я не разделяла недоумение Карины. — Но он же брат Архипа и женат. Похоже, ты влипла, детка. У меня для тебя есть одна новость, — Карина мгновенно подлетела, словно спохватившись. — Ева, один из спонсоров проекта — Вероника Соболевская.

— Повтори.

— Она, и есть, супруга Наума Соболевского.

Как, однажды, сказала мама, если пришла беда, то явно не одна.

Моя жизнь катилась по наклонной, прямиком к чёртовой матери.

Известие, о том, что один из спонсоров нашего проекта Вероника Соболевская — жена Наума Соболевского, подобно удару в солнечное сплетение.

Мне хотелось согнуться пополам или биться головой о бетон, только бы не чувствовать саднящую боль.

Я просто хотела отключиться.

Только, вот случившиеся события, невероятно стремительны — накладывались пласт за пластом, и давили тягостным грузом, я их не успевала осмысливать.