Книга Бывшие. Верну тебя, страница 35 – Кэти Свит

Нежный, чувственный аромат опаляет легкие, кружит голову.

— Ева, я не пара тебе, — вновь повторяю, что однажды сказал. — Мне нельзя связывать себя отношениями, ты же знаешь.

— Разве кто-то сейчас предлагает отношения? — вопросительно выгибает бровь и смотрит на меня с вызовом.

Твою мать.

Пан или пропал?

Как дожить до утра и не свихнуться?

— Ева, зайди ко мне, — бросает Долженков, проходя мимо моего кабинета.

— Уже бегу, — отзываюсь в моменте и, бросив все свои дела, спешу за начальником.

Первое, что я успела уяснить за короткое время своей работы, необходимо выполнять поручения руководителя немедленно и безукоснительно. Долженков попусту не говорит, каждое его поручение должно исполняться без лишних слов.

Борис Юрьевич один из немногих руководителей, которые ратуют за своих людей. Он стоит горой за ребят, и за это качество подчиненные его особенно ценят.

— Вызывали? — задавая глупый вопрос, заглядываю в кабинет полковника.

— Проходи, — откладывает в сторону лист бумаги и показывает на пустующее напротив своего стола кресло. Там прям ряд из них.

Поднимается, отодвигает кресло, жестом показывает мне присесть. С благодарностью принимаю предложение и устраиваюсь поудобнее.

— Обживаешься? Никто не обижает? — спрашивает с живым участием, но на самом деле он достаточно жесткий человек. У Долженкова есть четкие принципы, по которым нужно работать и их нужно соблюдать. Иначе…

Не хотелось бы проверять на собственной шкуре каков полковник в гневе. Это страшно. Я наслышана уже.

— Все в порядке, — отвечаю, немного лукавя. Мои трудности не связаны с рабочим процессом, а вдаваться в подробности своей личной жизни желанием не горю.

Долженков — отличный руководитель. Его уважают и боятся, но вместе с тем он держит своих людей в ежовых рукавицах. Спуску никому не дает, хоть и прикрывает в случае залета перед вышестоящим начальством.

— Если вдруг, — произносит многозначительно.

— Сразу к вам, — мягко улыбаясь, обещаю ему. — Не переживайте.

Борис Юрьевич кивает, давая понять, что удовлетворен моим ответом и готов перейти к сути беседы. Он ведь явно вызывал меня явно не для того, чтобы разузнать, как мне здесь работается.

— Можно я первая задам вопрос? — прошу, раскрывая ежедневник.

С трудом выдерживаю суровый мужской взгляд.

Долженков не выдает ни единой эмоции, в его глазах отражается сила и стойкость. Передо мной сидит самый что ни на есть стальной человек.

— По кулуарам расползаются сплетни о вашем увольнении, — спрашиваю полковника в лоб.

На его лице не дрогнул ни единый мускул.

При трудоустройстве мы договорились общатьсядруг с другом искренне, понимая нюансы моей должности, он просил ничего не утаивать, уточнять все, вплоть до сущей ерунды, и я этим активно пользуюсь. Не вижу ничего дурного, чем лишний раз уточнить информацию, а уже после ее опубликовать.

Все зависит от подачи новости. Информационное поле широкое, здесь мины буквально на каждом углу. Одно необдуманное слово может понести за собой множество негативных последствий.

А с учетом специфики структуры, в которой я теперь тружусь, так вовсе опасно. Нужно выдавать информацию, лишь будучи уверенной в ней на все сто.

— Вы как-то можете прокомментировать новости? Вас снимают с должности? Кого назначают? По какой причине? — заваливаю его вопросами.