Книга 12 правил, чтобы не влюбиться, страница 101 – Сара Нэй

– Напомни мне еще раз, зачем я тебя привела?

– Потому что после этой встречи тебе придется проталкиваться через толпу развратных девиц, чтобы поздравить своего милого с его п-о-б-е-д-о-й, и я собираюсь помочь тебе с этим.

Развратных девиц?

Я подавилась водой, которую пила:

– С твоей последней репликой не так абсолютно все!

– Тссс, они начинают. – Эллисон чуть ли не подпрыгивала на месте. – О, блин, у меня будет миллион фотографий. Все будут в восторге.

Я закатила глаза, но мое лицо озарилось улыбкой.

– Что бы ты ни снимала, не отмечай меня. Я не шучу на этот раз, Эллисон, те фотографии, которые ты опубликовала на прошлой неделе, не были смешными.

Она сделала селфи и бросила на меня косой взгляд:

– Но на тебе был пуховик.

– И?

– Было плюс семь!

– Некоторые люди мерзнут, Эллисон.

– Перестань обижаться, тот пост почти никто не посмотрел.

Сделай глубокий вдох, Джейми. А теперь досчитай до десяти.

– Эллисон, – спокойно ответила я ей. – Двести шестьдесят семь человек лайкнули это.

Она легкомысленно отмахнулась от меня:

– Ты собираешься смотреть на своего борца или будем и дальше спорить?

Черт возьми, она права. С негодованием я вернула свое внимание к студентам-атлетам перед нами. Двое молодых людей сцепились на мате, в то время как их тренеры зависли на уровне ринга, пригибаясь и выкрикивая указания. Судьи лежали плашмя на матах, широко расставив руки, чтобы уловить каждое движение, приготовившись свистеть для подтверждения баллов или назначения штрафа. Это было громко. Хаотично. Будоражаще.

Мое сердце колотилось, когда борцы Айовы один за другим сражались за победу на ринге. Легковесы Гандерсон и Пауэлл. Бауэр, средний вес. Какой-то безумно красивый латиноамериканец по имени Диего Родригес. Зик Дэниелс.

Толпа сошла с ума, когда Оз начал готовиться, ожидая своего поединка. Взорвались оглушительно громкие аплодисменты, когда он просто разминал подколенные сухожилия. Тянул руки. Наклонился и коснулся пальцами ступней.

Мой голодный взгляд устремился к его фантастической… крепкой… заднице. О, эта задница. Эти большие, мощные бедра.

Я облизала губы, и румянец разлился по моей груди, шее и щекам, пока Оз готовился к матчу. Я прижала руки к лицу, чтобы остудиться, сопротивляясь желанию обмахнуться программкой, которую нам вручили на входе.

– Ты бы видела себя, – рассмеялась Эллисон. – Серьезно. Ты выглядишь так, как будто сейчас сорвешь с себя свитер.

Я хотела сказать, что на мне хлопковый кардиган, а не свитер, но слова застряли у меня в горле, потому что я… я действительно хотела сорвать его. Мое тело горело, и не от температуры в зале.

Я с тревогой наблюдала за началом схватки, слышала, как судья просвистел фальстарт. Они начали снова. Рукопашная схватка. Захват. Несколько бросков через бедро, и Оз взял своего противника в захват, а через несколько секунд они оба оказались на матах.

Они извивались, словно рыбы, выброшенные из воды, и…

– Тебя беспокоит, что все видят его достоинство сквозь этот костюм? – спросила Эллисон.

– О боже, Эллисон, ты не можешь просто так ляпнуть такое!

– Что?! Почему? Я просто говорю то, что ты и сама думаешь. Признайся. Я имею в виду… оно же прям… там…

– Верно, но я не хочу об этом слышать. – Потому что теперь я буду смотреть только на это.

– Посмотри правде в глаза, Джейми: каждая девушка здесь смотрит на его сама-знаешь-что.