Онлайн книга «12 правил, чтобы не влюбиться»
|
– Что? Триста долларов? Какого черта! – Без обид, но я не отдам тебе бóльшую часть выигрыша. Это даже не обсуждается! С самодовольной улыбкой она один за другим вставила в уши оба наушника. – Что же, тогда до встречи, Оз. Она снова склонилась над своими учебниками и перестала обращать на меня внимание. Я обреченно вздохнул: – Ладно. Пятьдесят баксов. – Двести пятьдесят. Она даже не подняла голову, черт бы ее побрал! – А ты не поцелуешь меня просто так? – Конечно же нет. – Она вновь осмотрела меня сверху донизу с легким интересом: точеный торс, массивные бицепсы и татуировки… – Ты не в моем вкусе. Лгунья. – Зайка, ты бы не была в моем вкусе тоже, даже если бы сидела на этом стуле в одном лишь своем проклятом ожерелье. Лжец. – Боже, больше никогда не называй никого зайкой. Это звучит даже хуже, чем солнышко. Меня чуть не стошнило. – Она отстранилась от меня и продолжила делать записи в конспекте. Немного погодя она подняла голову и заглянула мне прямо в глаза. – И вот еще что: очень грубо говорить подобное. – Что? Да ты сама перед этим сказала мне почти то же самое! Пусть так, но, сказать по правде, когда она посмотрела на меня с сомнением и отстраненностью, я почувствовал себя полным ничтожеством. Даже несмотря на то, что это было сказано в ответ. Я испустил долгий протяжный вздох, прежде чем предложить ей достойную компенсацию за доставленные неудобства. – Хорошо. Я отдам тебе половину. Она недовольно поморщилась: – И это твое извинение? Жалкие гроши? Вот еще! Извинений эта зазнайка от меня не дождется. – Ну, можешь и не соглашаться. – Ладно. Я поцелую тебя, но только потому, что ты мне уже изрядно надоел. – Ты только что лишила меня двухсот долларов! – Двухсот пятидесяти. Мы оценивающе смотрели друг на друга в тусклом свете библиотеки, и я заметил, что свет от настольных ламп придает сияние ее гладкой коже. Лицо в форме сердца озарялось теплым мягким светом. Тени затанцевали на столе, когда она склонила голову в мою сторону, ожидая, что я на это отвечу. Я попытался мысленно оценить размер ее груди и объем бедер, но это было невозможно, пока она сидела за столом. – Сделаешь мне одолжение? – пробурчал я. – Думаю, если бы ты встала, мне было бы удобнее тебя… Она негодующе хмыкнула: – Значит, теперь тебе неудобно? Я и так уже согласилась поцеловать совершенно незнакомого человека, а теперь он еще и привередничает. Это уже не одноодолжение. – Эй, ты ведь тоже в накладе не останешься! Вместо того чтобы ныть, спасибо сказала бы… – Пфф, все верно, ты ведь согласился поделиться со мной деньгами, потому что являешься воплощением альтруизма. Вся твоя аура буквально излучает это, ага. – Боже мой, я же сказал, что собираюсь отдать тебе половину выигрыша. И я это сделаю. – И я охотно поверю тебе, но только тогда, когда увижу деньги. Она еще раз фыркнула, но встала, поднявшись в полный рост, и этим снова удивила меня. Она едва доставала мне до ключицы, такое миниатюрное создание. Мне безумно захотелось попробовать положить подбородок на ее голову. – Если ты не доверяешь мне и я тебя так раздражаю, почему согласилась поучаствовать в этом маленьком представлении? Вопрос повис в воздухе, пока она обдумывала ответ. – Врожденная тяга к экспериментам, полагаю. И к тому же разве нельзя иногда делать что-то из ряда вон выходящее? |