Книга Минутку, пожалуйста, страница 38 – Эми Доуз

Падаю на ближайшую скамейку и заставляю себя дышать. Этого не может быть. Не может быть. Этого не случится.

Выпрямляюсь и запрокидываю голову. Я не могу сейчас паниковать. Я должен вести себя как гребаный доктор. Мне нужно лечить пациентов. От меня зависят жизни и здоровье людей. С этим я разберусь позже. К тому же, Линси никак не может быть беременна от меня. Мы пользовались презервативом. Это абсолютно невозможно.

«Ну, есть вероятность», — ехидно отвечает мой внутренний голос. И это правда, потому что я знаю статистику. Презервативы эффективны не на сто процентов. И что там за презерватив был в ту ночь? Я так отчаянно хотел ее трахнуть, что, не колеблясь, напялил какую-то странную гребаную резинку, которую она вытащила из своей дурацкой блестящей сумочки. Как называется эта дурацкая штука? Конверт или как-то еще? Блядь, я идиот.

Гони эти мысли, Джош. Гони прочь. Сейчас тебе не о том нужно думать. Ты на работе.

И, черт, возможно, Линси лжет. Может, это не мой ребенок, и она пытается заманить меня в ловушку, потому что я врач и буду идеальным кандидатом в отцы. Прошло три месяца с той ночи, как мы переспали. Наверняка с тех пор у нее был секс.

Хотя у меня не было.

Неважно.

Сейчас — работа, Линси — потом.

Я выхожу от пациента и вижу, как узист вкатывает мобильный аппарат в палату Линси. Подождав около трех минут, ныряю к ним.

Узист смотрит на меня со странным выражением.

— Доктор?

Я прочищаю горло, нервно поглядывая на Линси, и встаю с противоположной стороны от нее, где мог бы стоять будущий отец.

— Продолжайте, я здесь только для наблюдения.

Женщина хмурится, прикрывая колени Линси простыней. Она задирает халат чуть ниже груди, распределяет по животу гель, а затем подносит зонд к области чуть ниже пупка. Потом прижимает аппарат к плоскому животу Линси, и мое сердце замирает, когда на экране появляется плод.

Линси ахает.

Я задерживаю дыхание.

— О, ребеночек сейчас бодрствует, — радостно щебечет узист, двигая зонд и снимая показания. — Малыш помешает расслышатьсердцебиение, но вы можете увидеть, трепещет ли его или ее грудь. Выглядит хорошеньким и здоровеньким.

Я падаю на стул и упираюсь руками в кровать, потрясенно глядя на экран.

— Это... ребенок? — хрипит Линси.

Женщина смеется.

— Понимаю, на этой стадии они выглядят как крошечные инопланетяне, но тельце малыша догонит его голову. Не волнуйтесь.

Дыхание Линси убыстряется и становится тяжелым, от плача ее живот трясется.

— Я беременна?

Женщина смотрит на меня широко раскрытыми глазами, а потом переводит взгляд на нее.

— Вы не знали?

Линси мотает головой.

— О, боже, простите. Я думала, вы знаете. — Узист обнуляет показатели и добавляет: — Судя по всему, ребенку около тринадцати недель.

— Тринадцать недель? — Линси всхлипывает и поворачивается ко мне. — Как? Я не… это случилось не тринадцать недель назад.

— Я... ты… — заикаюсь я, все годы учебы в медицинском, по-видимому, вылетели из моего затуманенного мозга.

Нас прерывает голос узиста, возвращая наше внимание к ней.

— Ну, даже тест на беременность не может дать положительный результат, пока не пройдет четыре или пять недель. Позвольте мне ввести показания в систему, и я смогу сказать вам дату зачатия и дату родов.

С открытым ртом пытаюсь переварить информацию. Меня охватывает оцепенение. Будто это происходит не со мной. Я словно наблюдаю со стороны, пока кто-то другой узнает, что скоро станет родителем. Только не я. У меня никогда не будет детей.