Книга Притворись моей, страница 61 – Эмилия Грин

Волна ярости накатила мгновенно, опалив мне лицо. Но ярость тут же сменилась жалостью и прозрением. До меня, наконец, дошел весь масштаб происходящего пиздеца.

Где-то фоном звучала приглушенная речь этого ублюдка, дрожащими пальцами просматривающего десятки папок с омерзительным содержанием.

Я не был впечатлительным, и чего только не насмотрелся к своим тридцати трем годам, но то, что мелькало на экране, вызывало во мне одно единственное желание — блевать.

Это были фото и видео с многочисленных оргий в каком-то борделе. Вдвоем. Втроем. Впятером.

На материалах мелькали лица совсем юных девчонок. Насильников не смущало, что некоторые из них находились в полубессознательном состоянии…

Теперь могила под яблонькой покажется Русику и его подельникам заманчивым предложением, потому что просто сдохнуть для этих тварей было бы слишком легко.

— Погоди… Сейчас… Я найду… Это ведь давно было… — шептал он, монотонно мотая башкой.

— Твое время вышло, — я сжал его шею сзади, намекая, что больше не собираюсь ждать.

— Ща-а… Секунд… — он ударил пальцами по клавиатуре, кивая на открывшееся изображение.

Не сразу осознал, что тихий вздох облегчения принадлежит мне, потому что новые изображения оказались куда менее шокирующими, чем то, что я наблюдал до этого. И гораздо худшего качества, очевидно, снятые не менее пяти лет назад.

К сожалению, я сразу узнал Машу, хоть она и была здесь еще совсем зеленой. Очки с круглыми стеклами и нелепый свитер-букле серого оттенка не спутать ни с чем… Антураж напоминал домашнюю вечеринку, которая зашла слишком далеко.

Моя фиктивная невеста лежала на кровати в джинсах, спущенных до середины бедра, а рядом с ней, направляя ее руку в трусиках, паразитировал Русик.

Маша смотрела в камеру поплывшим безучастным взглядом, будто ее мысли находятся далеко за пределами сознания.

Я шумно втянул воздух, уж слишком знакомым казался этот остекленевший взгляд…

— В-вот… Тут еще видео…

— Есть что-то еще? — ощущая, как сердцебиение ускоряется.

— Н-нет… Маша была всего на одной вечеринке. Мой день рождения в одиннадцатом классе! — он ухмыльнулся, прикусывая язык, когда получил от меня четкий удар в угол челюсти.

— Кто-то ее… — я осекся, с трудом сдерживая ярость, кипящую внутри меня раскаленнымисгустками.

— Нет-нет…

Русик взвыл, зарабатывая в солнечное сплетение.

— Рассказывай! — на этот раз мой кулак угодил ублюдку под ребро, и он, как подкошенный, рухнул мне под ноги.

— В школе… ничего толком не было… — шипел гандон, пытаясь отдышаться. — Мы иногда баловались… Чуть припугнули Машку…

— Баловались? — сухо уточнил я, замахиваясь ногой перед его лицом.

— Ну… — он стоял на четвереньках, пятясь к стене.

Я пожалел, что не оделся, отправившись вершить правосудие в одних боксерах. Как-то несерьезно получилось, но деваться уже было некуда.

— А потом вы вошли во вкус, да? — продолжил я за него. — Ведь никто из жертв на вас не заявил, и вы почувствовали себя безнаказанными.

Он снова взвыл, на этот раз получив от меня по печени.

Достаточно на сегодня, ведь это только начало, и у меня уже кончалось терпение.

Я не собирался вот так бездумно вскрывать перед Русиком свои карты. Нужно было немного усыпить его обдолбанную бдительность, хотя бы до утра, пока я не свяжусь с прикормленным следаком, и не отправлю ему полученный на Барсуковскую ОПГ компромат.