Книга Секс-тренинг для булочки, страница 15 – Бетти Алая

Денис

Видеть слёзы красивой женщины тяжело. Для мужика рыдающая женщина это сразу ступор и паника.

А желанная красотка, плачущая у меня на плече — это одновременно безумно приятно, но грустно за булочку.

Радует, что у нас получилось остановить поток её слёз, хотя это было непросто.

— Ты какую кухню любишь? — спрашиваю, пересев на пассажирское сиденье.

— Я не знаю, — булочка пожимает плечами.

— Ну а что хотела бы попробовать?

— Ммм… итальянскую? — краснеет.

Мы с Камой переглядываемся.

— Пиццу, лазанью? — подмигиваю Милане.

Она очаровательная! Даже сегодня, когда булочка морально меня изводила отказом, не позволяла взять себя за руку, я ей восхищался.

Её сомнения понятны. Наше общество очень любит зубами вцепиться в кого-то нестандартного и рвать его на части.

— Слово красавицы — закон! — заявляет Камиль, — поехали в итальянский ресторан.

— Ресторан? Но я не одета для ресторана, — лепечет булочка, а мой член снова встаёт.

— Ты отлично одета.

На Миланке тёмно-синее платье под горло. Строгое, обтягивающее. Подчеркивающее красивую пышную грудь. И каблучки. Ножки у неё длинные, бёдра округлые.

— Я… — она прикусывает пухлую губу, замолкает.

— Знаешь, булочка, я в детстве был таким милым толстячком, — смеюсь.

— Да ну нет! Ты врёшь! — восклицает она.

— Не вру. У мамы даже фотография осталась, — хохочу, — такой розовощёкий поросеночек. Волосы еще летом, помню выгорали и белый был.

— И почему ты решил измениться?

— Не знаю, — пожимаю плечами, — просто моя семья распалась из-за лишнего веса. Мама всегда была полненькой. Очень красивая, обаятельная. Но после родов набрала вес. Отец не смирился, бросил нас, когда мне было пять. Обвинял её в том, что раскармливает меня…

Миланка опускает свои пушистые ресницы, взглядом сверлит коленки.

— Я даже ходил к психологу, — вздыхаю, — но при этом детство у меня было счастливое. Мама очень меня любила и принимала со всеми недостатками. Но когда я закончил школу, дал себе слово стать качком. Просто чтобы доказать себе, что я могу.

— И сдержал его, — улыбается Милана, — а мама твоя как сейчас?

— Печет пирожки и ждёт меня в гости. Всё спрашивает, когда внуков ей подарю.

Наблюдаю за реакцией Миланы. Ну а что? Я в том возрасте, когда влюбляешьсяи сразу хочешь жениться. Свободно я пожил, насладился, так сказать. Хотя у меня никогда не было много женщин.

— А твои родители, малыш? — спрашивает Камиль, — какие они?

— Ну, — взгляд булочки темнеет, — они… сложные…

— В смысле?

— Скажем так, они мечтали видеть меня более успешной в карьере и семейной жизни. Так что мой брат им куда милее.

— У тебя есть брат? — смотрю на Милану в зеркало заднего вида.

И ловлю себя на мысли, что любуюсь ей. Тем, как она прячет взгляд, поправляет свои густые блондинистые локоны. Как кусает губки в сомнении. Она невероятно красивая!

Зависаю, могу бесконечно смотреть на Милану. Впервые встречаю настолько невероятную девушку.

— Да, есть, — вздыхает она, — мой идеальный старший брат. А я его неидеальная тень.

— Не говори так, — хмурится Кама, — вопрос в восприятии. Мы вот видим тебя очень красивой. Обаятельной такой… порочной скромницей.

Милана снова краснеет. Эти её губы… как же хочется впиваться в них раз за разом! Терзать, всасывать в рот, облизывать. И водить по ним членом…

— Они не любили тебя, булочка? Родители твои? — вздыхаю.