Онлайн книга «Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме»
|
Главное, чтобы эта история не стала трагической… Глава 12 Я жила в Марибе уже несколько дней, и каждый рассвет здесь был похож на сон, от которого невозможно проснуться. Дворец, спрятанный в оазисе среди жгучих песков, дышал прохладой и водой. Сквозь арки с мозаикой из лазурита и янтаря тянулись ароматы жасмина, гранатов и ладана. Я слышала, как подземные источники гудят, как сердце, и этот ритм постепенно подчинял и меня, подчинял своему ритму, освобождал от страха того, что я оставила во дворце Хамдана в Сабе. Каждое утро меня уводили в горячие купальни. Служанки — молчаливые, будто сотканные из дымки — знали мое тело, казалось, лучше меня самой. Сначала они погружали меня в бассейн, где вода пахла серой, но странным образом дарила легкость, словно смывала усталость и страх. Потом меня укладывали на мраморный камень и натирали густой пастой из ладана, мира и растолченных финиковых косточек. Пальцы их были терпеливы, они будто переписывали меня заново, перебирали каждую мою косточку, растирали каждую зажатость, делая мягкой и пластичной. Как-то с отцом на отдыхе в Стамбуле мы были в хаммам, тоже древний и аутентичный, с малахитовым пьедесталом для мыльного массажа и терпкого пара с благовониями, но ощущения были совсем другими. Тут я словно бы растворялась в ощущениях и времени- и мне даже казалось, что они и правда как волшебницы. Заговаривают меня. После омовений приходили новые руки: кто-то втирал в кожу розовое масло, кто-то — густое масло мирры, главного сокровища Сабы испокон веков, которое оставляло аромат на целый день. Волосы промывали отваром алоэ и гранатовых цветов, а затем заплетали в косы, вплетая нити шелка и серебряные колечки. На третий день мне сделали особый ритуал: лицо обмазали золотистой пастой из куркумы и шафрана. Когда я увидела свое отражение в бронзовом зеркале, я едва узнала себя — кожа светилась, как луна в пустыне. Потрясающе… Вот только мысль о том, что меня готовят «для господина», как товар, как вещь, не отпускала… Но самым таинственным было искусство хны. Служанки рисовали на моих ладонях и ступнях замысловатые узоры: переплетение цветов, спирали, символы луны и солнца. «Это язык, — шептали они, — только мужчины его читать не умеют. Зато зачаровываются им». Вечерами мне позволяли подниматься в библиотеку. Она находилась в высокой башне, окна которойвыходили на пустыню. Там, среди резных полок из сандала, лежали древние свитки — кожа, пергамент, папирус. Одни пахли пылью, другие — мускусом и смолой. Я читала переводные стихи о царице Савской, предания о звездах, книги по врачеванию и травам, словно бы отправляясь в машине времени в прошлое. Больше всего меня тянуло к тонким табличкам с клинописью, которые никто не спешил мне объяснять. Я водила ими пальцами, всматривалась в замысловатые узоры… А еще меня завораживали трактаты о медицине… Только подумать- сколько же мудрости собрали времена для прогресса человечества… И там же, среди полумрака библиотеки, часто находил меня Лейс. Он садился рядом, раскладывал книги, словно случайно, но все его присутствие было намеренным. Его голос лился тягуче. — Не сомневался, что ты будешь тут пропадать, Зарка Имама… Это место уникально. Царица Савская собирала сама эти книги. Многие из них-подарки самого Царя Соломона. Другие- и вовсе того, кто мудрее и древнее… |