Книга Настоящий мужчина по вызову, страница 64 – Олли Серж

— Пойдемте за стол, — шепчу, прокашливаясь.

Я ощущаю себя очень странно. Одновременно счастливо, будто, наконец, нашла свое место. И в тоже время, очень уязвимо. Как вечно заменяемый сотрудник компании с текучкой кадров. Будто в любой момент меня с этого места могут попросить на выход.

И ничего в этой семье не поменяется.

— Все нормально? — Тихо толкает меня за столом Муромцев. — Ты едва ложкой работаешь.

— Все хорошо, — отвечаю.

— Тогда вот, — подвигает мне он тарелку, — давай, сала с черным хлебом съешь. Любишь?

— Я не знаю… — растеряно пожимаю плечами. — Мама у меня не особо по готовке.

— Ты серьезно?

— Ванечка борщ с чесноком и салом только ест, — говорит тетя Катя. —У меня уже от такой нагрузки поджелудочная барахлит, а ты попробуй обязательно. Вкусно…

— Очень фкусно, — чавкает Маруся.

— Давай, — шепчет Муромцев и хитро играет бровями, — а то я буду один вонять…

— Ладно, — сдаюсь. — Корми меня.

— Берешь хлебушек, солишь, — исполняет Муромцев, — потом натираешь его чесноком и кладешь ломтик сала.

Смеюсь. Тетя Катя тоже угорает.

— Ладно, давай сюда свое творение высокой кухни.

— Сначала в кусаешь бутерброд, — кормит меня Иван из своих рук, — теперь кусаешь лучок и заедаешь ложкой борща. Мм? Ну как?

Три пары глаз выжидающе смотрят на мои эмоции. А мне ужасно смешно и очень вкусно. Нет, правда.

— Это здорово, — признаюсь, смеясь. — Не понимаю, почему раньше так не ела. Кстати, знаете, как это называется?

— Как?

— Фудпэйринг. Это особый вкус от сочетания нескольких продуктов. Как, например, вина и сыра. Кофе и шоколада.

— Тася у нас преподаватель кулинарного факультета и владелец сети кафе, — поясняет Иван соседке с гордостью.

Мне становится неловко.

— Кафе всего четыре на самом деле. И два из них еле работают в плюс. Просто места терять жалко. И студенты там мои практику проходят.

— Как интересно! — Восклицает тетя Катя. — А я на старости лет полюбила красное вино со специями и фруктами. Груша, яблоко, апельсин… Как сделаю, как включу сериал.

— Мне теперь стыдно, что таких вечеров у вас немного, — качает головой Иван.

— Да ты что! — Отмахивается от него соседка. — Чтобы я спилась? Не-не! В моем возрасте уже так с организмом шутить нельзя.

— А я так той тетке и сказала, — врывается в наш разговор Маруся.

— Какой тетке? — Интересуется тетя Катя.

— Марусь, не нужно влезать в разговоры взрослых, — пытается остановить мелкую Иван.

— Ваня! — Бросает на него строгий взгляд соседка.

— Из полиции… — прижимает голову Маруся.

— Иван?

— Ой, — вздыхает Муромцев, мрачнея. — Ну я не хотел вам говорить. Чтобы не нервничали.

— Идите-ка, девочки, из серванта стаканчики под компот принесите, — отправляет нас тетя Катя.

Увожу Марусю в комнату и специально вожусь подольше, развлекая ребенка вопросами про забавные фарфоровые статуэтки. Пусть поговорят…

Возвращаемся мы на кухню под напряженную тишину.

Тетя Катя украдкой вытирает слезы фартуком.

— Ну вот что! — Вдругберет она себя в руки. — Все хорошо будет!

— Что хорошо будет? — Шепчет Маруся.

— А все будет, — подмигивает ей Иван. — И Тася с нами будет. Да?

— Жить?

— Да, — улыбаюсь. — Ты не против?

Вместо ответа девочка порывисто меня обнимает.

— Я сейчас, быстренько… — уходит в комнату соседка Ивана.

И возвращается через несколько минут, держа в руках бархатную плоскую коробочку.