Книга Однажды 30 лет спустя, страница 18 – Лия Султан

Надеваю серебряный кулон на тонкой цепочке, подаренный дочерью на день рождения. Провожу по нему ладонью и смотрю на свое отражение в зеркале. Судорожно вздыхаю и прикрываю глаза. Снова вижу Игоря и чувствую, как кончики пальцев снова покалывает, а сердце ускоряется. Трепет от воспоминаний о первой любви совсем некстати перед свиданием с другим мужчиной. Но я не властна над собой и никак не могу выкинуть Завьялова из своих мыслей.

В шесть приезжает Виктор. Он ждет меня во дворе с букетом красных роз, и это очень красивый, приятный жест. Искренне благодарю его, разрешаю поцеловать себя в щеку, открыть мне дверь автомобиля. В салоне он интересуется, нравится ли мне итальянская кухня и когда я киваю, вздыхает с облегчением и везёт меня в милый, уютный ресторан.

Всё идёт ровно, гладко, временами даже пресно. Мы едим пасту, пьем лимонад, говорим о детях, внуках, увлечениях. Он работает начальником логистического отдела в компании, производящей профиль для окон и дверей. У него двое детей. Сын живет в Москве, дочка здесь. Он купил ей квартиру недалеко от себя и помогает с внучкой.

— Честно признаться, я впервые на свидании после смерти жены. Очень боялся, что дочка не поймёт, но она меня поддержала.

— Давно твоя супруга умерла? —сжимая в руках прохладный стакан с лимонадом, спрашиваю его и вижу, как меняется выражение его лица.

— Пять лет назад. Онкология. Быстро сгорела, хотя всегда была очень активной, жизнерадостной, веселой, — во взгляде тихая печаль и всё ещё любовь к ней. Это как-то даже завораживает. — И хотя мне сказали готовиться, я не мог принять ее уход. Наверное, год приходил в себя.

— Я очень сочувствую тебе, — ставлю на стол бокал и вдруг Виктор накрывает пальцами мою ладонь, лежащую на столе.

— Ты удивительно на нее похожа. У вас типаж один. Светлые вьющиеся волосы, голубые глаза, где-то поворот головы, мимика.

О, это определенно не то, что хочет услышать женщина на свидании, но Витя завороженно смотрит на меня и повторяет:

— Я сначала не решался с тобой заговорить, а потом ты первая поздоровалась. И я подумал, что это, наверное, знак. Хотя никогда в них не верил, в отличие от моей Лены.

— Я просто хотела быть дружелюбной, — объясняю ему спокойно.

— Понимаю, — кивает он и поглаживает пальцами мою кожу. Не понимаю, почему я ему позволяю, если мне это не очень нравится. Я не люблю, когда мужчины трогают дотрагиваются до меня без моего согласия. Но видимо жалость к Вите взяла верх над принципами. — У тебя удивительные глаза, Лиза. И смотришь ты ими так, будто в душу заглядываешь.

— Спасибо, Вить, — медленно убираю кисть и вежливо улыбаюсь. — Ты тоже, — не приходит ничего на ум, — молодец. Собрался, дочке помогаешь, внучка тебя обожает. — Да что уж, ради них и живу, — он трет шею ладонью, немного нервничает. — Я не напрягаю тебя?

— Нет-нет, все хорошо, — касаюсь пальцами кожи за ухом, отвожу взгляд и понимаю, что мне стало неловко. Разговор свернул в ту самое русло, где по идее мы должны обменяться приятными любезностями, но во мне всё обрывается, когда в ресторан входит мужчина, похожий на Игоря. У него такая же комплекция, походка и стрижка, но нет, это не Завьялов. И тут же я вспоминаю, как моих пальцев коснулся Игорь, когда помогал сесть в машину. И как в конце он бросил мне гневно “Иди”. Его незримое присутствие на этом свидании меня отвлекает и вместо того, чтобы слушать собеседника, я ныряю в воспоминания о другом мужчине.