Книга Он. Она. Другая, страница 106 – Лия Султан

Бауржан выходит из машины без зонта, оббегает ее, распахивает дверь с моей стороны и подает мне руку. Мы могли бы обойтись без этого, но обижать его не хочу. Раскрываю свой красный зонт и неловко улыбнувшись, прощаюсь.

И внезапно происходит то, что меня окончательно выбивает из колеи: Бауржан тянется ко мне и быстро целует в щеку.

— Хорошего дня, Сабина. И все-таки подумай над моим предложением.

— Хорошего…дня, — ошарашенно повторяю и резко разворачиваюсь ко входу, но тут же врезаюсь в жесткий взгляд шефа. Я уже недавно видела такой же, когда он смотрел на меня со второго этажа. Все же неудобно работать в подчинении у человека, который видел меня в момент, когда я рассыпалась на кусочки.

Нариман стоит рядом со своей машиной и крепко сжимает рукоять большого черного зонта. Между нами снова стена из дождя, а я вижу, как он недовольно хмурит брови, и как желваки скользят под смуглой кожей. Он весь напрягся, будто ярость свою сдерживает.

— Нариман Абдуллаевич, — говорю первая.

— Сабина, — легонько кивает.

Секунда…две…три. Капли барабанят по куполам наших зонтов, заглушая остальные звуки. Или просто я перестала их слышать.

— Извините, это не то, о чем вы подумали.

— Я ни о чем не подумал, — выражениелица у него какое-то непробиваемое. Хотя я знаю: он умеет улыбаться. Но какая большая разница между нашей первой встречей в центре и этой — неловкой, странной, натянутой, как тонкая струна. — Личная жизнь сотрудников — их личное дело.

— Нет-нет. Там…ничего личного.

— Вы не должны оправдываться, Сабина, — кажется, он смягчился, но я чувствую — что-то не так. — И давайте уже зайдем. Не хочу, чтобы вы простудились. Дождь сильный.

Нариман поворачивается боком, пропуская вперед. Прохожу мимо него, боковым зрением вижу, что провожает меня взглядом, а затем идет следом. Вскоре равняемся, но молчим. Не хочу, чтобы он считал меня легкомысленной, ветреной и еще Бог весть какой. Только…почему мне вдруг не все равно, что он обо мне подумает?

Прозрачные двери разъезжаются, и Нариман ждет, пока я зайду. Но в итоге приходится пропускать еще троих сотрудниц, которые подошли ко входу вместе с нами. Не знаю, заметили ли они, что мы практически шли бок о бок. Сплетни мне ни к чему. Тем более, я уже неосторожно выдала в своем отделе, что знаю Наримана.

— Здравствуйте!

— Ой спасибо!

— Доброе утро! Как приятно! — верещат коллеги. Одна из бухгалтерии, но замужем. Две — из Департамента маркетинга. Я вообще заметила, что прежний директор собрал здесь какой-то цветник. Если в продажах, логистике и техническом отделе работают одни мужчины, то в других отделах — сплошь красивые женщины, словно их в модельном агентстве подбирали.

— Доброе утро, — отвечает всем Нариман и собирает свой зонт-трость, как делают это остальные.

— О, Нариман, можно на пару слов? — подошедший директор техотдела пожимает руку шефу и начинает что-то рассказывать про новое оборудование для ТО.

Я иду вперед, к лестнице, но пройдя несколько шагов не могу удержаться и все-таки оборачиваюсь через плечо. Он внимательно слушает подчиненного, который стоит ко мне спиной. Интересно, заметил ли он, что я оглянулась посмотреть?

* * *

Как я и предполагала, после обеда распогодилось. Ветер прогнал тучи с неба, открыв бледно-голубое полотно и выпустив из своих тисков яркое солнце. Мы приоткрыли два окна, чтобы впустить в наш большой кабинет свежий воздух. Кажется, даже работать стало легче.