Книга Он. Она. Другая, страница 131 – Лия Султан

Ком скребет горло будто наждачкой. Я уже не слышу о чем они говорят, да это и неважно — я увидела все, что хотела. Злость поднимается с самой глубины души и еще больше давит на сердце. Но если у него здесь такая шикарная Рузанна,зачем ему мать-одиночка Сабина?

Стоя за машиной, скоблю зубами по нижней губе и не сразу понимаю, что в кармане брюк вибрирует телефон. Очнувшись, достаю его и шепчу в трубку:

— Да?

— Сабина, ты куда пропала? У тебя все хорошо? — тоже вполголоса интересуется Улпан.

— Да, я в туалете.

— Нет, это я в туалете, а тебя здесь нет.

— Я вышла подышать, у меня давление поднялось.

— А у тебя что проблемы с давлением?

— Да, — хоть здесь не нужно врать. — Я сейчас поднимусь.

— Хорошо.

Улпан ловит меня в коридоре и затаскивает в туалет, закрыв дверь на ключ.

— В павильон бегала? — спросила она, закрыв дверь.

— Нет.

— Да, — прищуривается Улпан.

— И что? — нервно дергаю плечом.

— Как только ты вышла, Газя растрепала всем, что ты и шеф, — она соединяет два указательных пальца и трет их друг о друга.

— Нет, — мотаю головой я.

— Ее подружка с ресепшена видела, как вы в пятницу вместе уезжали. Ты, он и твоя дочка.

— Он просто нас подвез. Я же его знала до того, как сюда пришла.

— А вниз зачем бегала? — не унимается коллега.

— Я же сказала, давление поднялось. Пошли уже работать.

Только работа не ладится от слова совсем. Выпиваю таблетку, чтобы снизить давление, но никак не могла сосредоточиться. Чувствую на себе взгляды любопытных коллег, скорее всего находящихся под “чудесным” воздействием сплетен. Вместо цифр перед глазами — Нариман со своей Рузанной, которых я мысленно сравниваю с бывшим и его любовницей. Да что же это такое: неужели я снова ошиблась? Тогда к чему были все эти взгляды, слова, прикосновения и поцелуи? Он врал? Но зачем?

К концу рабочего дня настроение на нуле. Еле досиживаю до шести и самая первая срываюсь домой, хотя помню, что он просил задержаться и дождаться его. Но мне надо побыть одной.

В квартире Ирада с Нафисой снова развернули бурную деятельность и построили крепость из одеял и подушек, в которой спрятались с фонариками. Все чаще я замечаю между ними сходство: внешнее и по характеру. И пусть Нафиса будет похожа на тетю. Хотя бы сможет за себя постоять, не то, что мать.

Оставив их в зале развлекаться, затеваю шарлотку, ведь готовка всегда помогала отвлечься. Делать ее несложно, да и девочки ее любят. Телефон, лежащий на столешнице, сходит с ума от нескольких входящих подряд. Намеренноне подхожу к нему, потому что не хочу сорваться. Через пару минут он уже разрывается от звонка. Чертыхаясь, заглядываю в него и вижу на дисплее имя Наримана. В первый раз он позвонил через полчаса после моего побега, но я не ответила. Теперь сбрасываю его вызов. Снова звонит. Еще раз сбрасываю. Бесит. Захожу в мессенджер и вижу кучу непрочитанных сообщений от него.

“Сабин, почему не берешь?”

“Сабина, что с тобой? Почему молчишь?”

“Сабин, кабинет закрыт. Я же просил дождаться?”

“Что случилось?”

“Это уже несмешно! Возьми трубку!”

“Я долго буду сам с собой переписываться? Возьми телефон!”

“Милая, возьми, пожалуйста, трубку”

Милая? Он прежде никогда меня так не называл. Да меня вообще никто так не называл, кроме папы, и тот говорил “джиним”, что значит “душа моя”. Но это его “милая”…сильнее задевает, нервирует и интригует