Книга Две жены моего мужа, страница 86 – Лия Султан

Мои стоп-сигналы не работают, потому что — о Боже — мне безумно приятно все, что он сейчас делает. Но когда мужчина сильнее пригвождает меня к себе и одним махом срывает полотенце, я сразу же прихожу в себя и, вырвавшись из объятий, начинаю шипеть:

— Какого черта ты здесь делаешь?

Взгляд Карима в полумраке порочный и опасный. Он скрещивает руки на груди и грозно шепчет:

— Мы с тобой не договорили.

Хватаю с пола полотенце и прикрываю наготу. А он лишь усмехается.

— Я тебе все уже сказала, — поднимаю руку и указываю на дверь. — Уходи.

— Нет.

Стоит, не шелохнувшись, а я гневно топаю ногой и иду к шкафу за пеньюаром. Но Карим преграждает мне дорогу и смотрит снизу вверх так, что воздуха не хватает.

— Отключение света твоя работа? — задрав голову, спрашиваю с вызовом.

— Конечно, — уголок рта тянется вверх. — В своем доме я знаю все.

— Это уже мой дом, — огрызаюсь. — Дай пройти.

— Нет.

— Знаешь, как это называется? — прищуриваюсь. — Проникновение со взломом. Я вызову полицию.

— Давай. По документам мы пока еще оба собственники, — хмыкает он.

— Козел, — ругаюсь я, но делаю это зря, потому что услышав это Карим хватает меня за талию и сильно сжимает ее.

— Пусти! — извиваюсь в его объятиях, но он сильнееменя.

— Посмотри на меня! — требует он грозно. — Смотри на меня!

— Смотрю! Что? Что ты хочешь увидеть? — восклицаю я.

— Ты целовалась с ним? — цедит сквозь зубы, прижимая к себе все сильней. — Целовалась?

Несколько мгновений вглядываюсь в его обезумевшие глаза. Хочу, чтобы ему было также больно, как мне.

— А если да, то что? — расплываюсь в коварной улыбке, замечая, как он стискивает зубы и мнет кожу все больнее…скорее всего до синяков. — Не он, так другой. Я молодая, свободная женщина. Я могу еще полюбить. И меня могут любить и хотеть.

Господи, что я творю? Он ведь сейчас как бык, перед которым машут красной тряпкой.

— Никогда! — рычит он. — Никогда к тебе не прикоснется другой мужчина пока я жив. Слышишь?

— Ты мне больше никто, — шепчу по слогам в его полуоткрытые губы, чувствую как жар внутри усиливается и разливается по венам.

Пальцы перестают сжимать талию, но хватают за запястья. За секунду оказываюсь у стены, полотенце снова слетает на пол, с мокрых волос на кожу стекает вода, внутри все трепещет, а мозг отключается. Карим впивается в мои губы, как голодный зверь. Затем чуть отстраняется, за секунду снимает с себя футболку, бросает ее на пол и приподнимает меня так, что я обвиваю ногами его талию.

Я позволяю и сама целую в ответ, а после, когда он припадает губами к шее, я кусаю его плечи и царапаю спину.

— Ненавижу! Я тебя ненавижу! — рычу, как львица.

— Скажи! Скажи, что ничего у вас не было! — требует Карим.

— Ничего я тебе не скажу! — всхлипываю, не в силах противостоять его головокружительным ласкам.

— Значит, не было! — отвечает сам.

Продолжаем целоваться, как сумасшедшие. Бывший муж наказывает меня, а я его. Пусть знает: то, что сейчас происходит, никогда больше не повторится. В его руках я превратилась в марионетку, которой он управляет. Пытаюсь прийти в себя, когда Карим опускает меня и мои ступни касаются прохладного пола. Слышу, как щелкнула пряжка ремня, но боюсь даже опустить глаза. Мужчина снова подхватывает меня, снова целует, снова шепчет, что любит. Все чувства обострены до предела. Границы между любовью и ненавистью размыты. Огонь желания поглощает все на своем пути.