Книга Сколько ты стоишь?, страница 16 – Лия Султан

“Очередной мажор, которому все сойдет с рук. Чуть не убил жену и сбежал из страны”.

Выключаю телефон и кладу его рядом. Я знаю, что правда на моей стороне, но тошно от того, что эти люди не боятся ни Бога, ни черта, от того, что ложь выдают за истину и не жалеют никого, кроме себя. Они даже вышли на Валихана и предлагали ему деньги, чтобы он изменил показания, но он отказался. Я больше всего боялась даже не за себя, а за него и его семью. Но его родители не рискнули угрожать ему, так как случись что-нибудь с ним, все поймут, откуда ветер дует.

Узнав про заказные статьи, мамавступила в информационную войну. Войну за нашу честь. Нажав на нужные рычаги она добилась того, чтобы многие статьи снесли сами новостные порталы. Другие - грохнули хакеры, на которых мама вышла через своих знакомых. За годы работы она обзавелась богатыми клиентами - женами таких же властных мужчин, как мой свекор. Поэтому на нашей стороны были влиятельные сотрудники и не продажные журналисты. Когда мама выходила из больницы, ее поймали на крыльце репортеры, обступили и попросили прокомментировать ситуацию.

-Моя дочь Индира, - начала мама. - Не собирается идти на перемирие. К ней уже приходил следователь, она дала показания, где рассказала все. Правда на нашей стороне. Руслан Тагаев - преступник, который сейчас трусливо прячется за границей. Ни о каком перемирии с ним не может быть и речи. Только развод.

-Как чувствует себя ваша дочь? - спросила журналистка.

-Идет на поправку, - ответила мама.

Ёмко, остро, эмоционально. Посмотрев это интервью, стала еще больше ей гордиться.

Через две недели меня, наконец, выписывают. Я уже могу спокойно сидеть и потихоньку хожу. В холле больницы меня встречают мама, Зара и мой телохранитель Дима. Мы с ним даже подружились за то время, что он меня охранял.

-Валихан подогнал машину прямо ко входу, - говорит мама, на руку которой я опираюсь при ходьбе.

-Это хорошо. Я немного устала.

-Может, коляску? -предложила Зара.

-Ооо нет. Я на ней накаталась на сто лет вперед. Больше не хочу, - слабо улыбаюсь. - Ничего, дойду.

Но стоит нам выйти на улицу, как к нам подлетают журналисты, тычут в лицо микрофонами, снимают на камеры и телефоны. Я отшатываюсь и едва не падаю назад, но Дима придерживает за локоть и выставляет одну руку вперед в предупреждающем жесте.

-Индира! Индира! Как вы себя чувствуете? - выкрикнул кто-то из толпы.

-Спасибо, лучше. Извините, я очень устала. Пропустите, пожалуйста, - стараюсь быть дружелюбной.

-Ваш муж выходил с вами на связь?

-Нет, - мотаю головой. Пытаемся с мамой прорваться через толпу. Дима встает рядом и ограждает меня от репортеров.

-Это правда, что он в Абу-Даби?

-Не знаю, у него спросите.

-Вы изменяли своему мужу? - провокационный вопрос прилетел слева. Остановившись, поворачиваю голову и вижу молоденькую девушку с микрофоном. Ах, милая, только бы ты никогда не позналамою боль и не оказалась на моем месте.

-Нет, - говорю твердо, но смотрю не на камеру, а именно на нее. - Я никогда не изменяла своему мужу в отличие от него.

Вопросы продолжают сыпаться, но мы уже не отвечаем на них и идем к машине. Дима делает все, чтобы до меня никто не добрался. Дойдя до джипа, он открывает пассажирскую дверь, помогает нам с мамой сесть, а сам устраивается впереди. Зара же идет к своему автомобилю.