Книга Я хочу быть твоей единственной, страница 79 – Лия Султан

-Какая у тебя может быть любовь с человеком, который годится тебе в отцы? Который сделал из тебя любовницу! - вскидывает он руку, кривя рот от злости.

-Вот такая, - развожу я руками и всхлипываю. - И дело не возрасте, что такое шестнадцать лет?

-Ему почти пятьдесят, Сая! Тебе тридцать три! Улавливаешь разницу? Через десять лет это шестьдесят! Как мне! Ты хочешь жить со стариком? Измерять ему давление по утрам и напоминать выпить таблетки?

-Ты не старик. Ты вообще год назад женился и Мира тоже младше тебя.

-Не сравнивай. Ей сорок восемь. У нас взрослые дети и внуки.

Зарываюсь пальцами в волосы и силой зачесываю их назад. Лицо красное и мокрое, тело напряжено, нервы натянуты. Он не понимает меня. Не хочет. И тут я допускаю большую ошибку.

-Самое обидное знаешь что? Что ты поверил сплетням, а не позвонил мне напрямую. Отругал бы, покричал, но не стал бы следить, прослушивать.

-Ты мой ребенок. Я должен тебя защищать! - кричит он.

-От кого защищать? – не уступаю. - От человека, который любит меня? С которым я счастлива так, как никогда в жизни не была? Он сделал мне предложение и я согласилась.

Папа ничего не отвечает, но и не скрывает своего недовольства.

-Я никогда тебя не осуждала. Да, я плохо повела себя с Мирой один раз. Но я молчала, зная, что у тебя есть содержанка почти моего возраста! Тогда ты не считал себя слишком старым для нее? А ты знаешь, что об этом шушукалисьза нашими спинами! Но я ничего не сказала ни тебе, ни Дане, даже несмотря на то, что мне было обидно за память мамы!

-Господи! - восклицает он, сверкая такими же голубыми, как у меня глазами. - Да почему ты не можешь быть как Дана, и не лезть не в свое дело?

Замираю, услышав последние слова. Губы дрожат, но я держу себя в руках, чтобы снова не расплакаться. Как много всего я наговорила отцу, нарушив все правила поведения со старшими. С родителями на Востоке так не разговаривают. Их почитают, уважают, не перечат. не повышают голос. Как моя младшая сестра Данелия. Тихая, кроткая, идеальная. Не я.

Понимая, что у меня больше нет аргументов, я судорожно вздыхаю и иду к двери, но схватившись за ручку, слышу папин голос:

-Дочка, я не хотел тебя обидеть. Не уходи.

Оборачиваюсь и понимаю, что ресницах дрожат крохотные капельки. Сердце щемит и я знаю, что еле уловимая боль скоро разрастется, поэтому лучше уехать, пока не поздно.

-Я все поняла, - спило произношу, сжимая ручку холодными пальцами. - Прости, что я не Дана. Не вышла замуж за ровесника, не родила тебе внуков. Не живу тихо и спокойно в своем прекрасном волшебном мире.

-Я не это хотел сказать, - оправдывается он. Замечаю, как почернело его лицо.

-Не хотел, но сказал.

Мои последние слова выскакивают как-то сами собой, я толкаю дверь и выхожу в коридор. В этот момент слышу голос мачехи:

-Жаным, я дома, - зовет она папу, а я горько усмехаюсь.

-Привет, Мира. И пока.

-Как? Ты уже уходишь? - снимает верхнюю одежду и открывает дверь высокого шкафа. - Оставайся, поужинай с нами.

-Спасибо, но меня ждут.

-Ты к нему собралась, да? - вздрагиваю от папиного вопроса и смотрю на Миру. Она хмурится от моего взгляда и в ее глазах застывает вопрос.

-Да! - оборачиваюсь и высоко задираю подбородок. Такое чувство, что терять мне уже нечего. Отец стоит, опершись ладонью о стеклянную столешницу консоли. - Когда я прилетаю сюда, то живу у него. Еще будут вопросы?