Книга А мы любили, страница 92 – Лия Султан

В тот вечер Даниал пришел к бывшей жене поздно вечером. Малыш уже сладко спал на большой кровати. Джамиля встретила Даниала в простой белой футболке и шортах, открывающих длинные, стройные ноги. Мазнув по ним восхищенным взглядом, Ибрагимов незаметно сглотнул и нервно поправил воротник футболки-поло. В памяти мигом вспыхнули картинки из прошлого, в которых еще молоденькая Джама встречала его с работы. Он тогда был всего лишь наемным сотрудником с небольшой зарплатой и большими мечтами. А она — восхитительная и восхищенная стояла на пороге босиком, и когда он входил в квартиру, бросалась к нему на шею и говорила, как соскучилась за весь день.

— Даник? — удивленный и тихий голос Джамили вывел его из задумчивости.

— Да?

— Ты завис.

— Сложный день, — сказал он, снимая туфли.

Джамиля подошла ближе и совершенно внезапно обняла его талию и подняла на него глаза. Длинные черные ресницы дрожали, а на мягких, бледно-розовых губах расцвела грустная улыбка.

— Даник, мы же все делаем правильно?

— Конечно, — нахмурился он. — Почему ты спрашиваешь? — он положил ладонь на ее щеку и большим пальцем погладил ее.

— Чувствую вину за то, что мы отбираем ребенка у матери.

— Я же все тебе показывал и рассказывал. У нее проблемы с психикой и она опасна для Алишки.

— И она не сдастся. Я понять не могу, почему она нас так ненавидит?

— Сам не знаю, — вздохнул Даниал. — Сейчас мне надо как можно скорее отвоевать нашего внука. Нет в ней материнских чувств. Нет! С рождения одна няня сменяла другую. Я слишком долго ничего не делал.

— Ты не знал, — успокоила она и провела пальцами по его волосам. Седины стало заметно больше, и это ей начинало нравится. И хотя они толком не поговорили о личном, об отношениях и о будущем, Джамиля уже тянулась к нему, как раньше. И бороться с этим притяжением с каждым днем было все сложнее и сложнее.

— Что ты делаешь, Джама? — предостерегающе прохрипел Даниал. — Я же сейчас сорвусь.

А ей вдруг так захотелось поцеловать его. Сделать это первой, а не просто отвечать на его поцелуй. Поднявшись на цыпочки, Джамиля обвила руками его шею и коснулась губ. Все получилось так легко и нежно, словно она перышком провела. Сердца пустились галлоп и через мгновение оба забыли об осторожности, растворившись в ощущениях.

Все повторилось,как в ту ночь, когда в доме отключили электричество. Только сейчас было еще светло и ничего не мешало им смотреть друг на друга, уверенно касаться, падать, обнявшись, не чувствуя прежней боли.

— Джама, — прошептал в приоткрытые губы. — Тебе разве можно?

— Вроде бы можно, — улыбнулась она. — Три недели прошло.

— У тебя ничего не болит? — сведя брови к переносице, спросил он.

— Нет.

— Я боюсь тебе навредить, — положив ладони на ее спину, он прижал женщину к себе. — Хотя очень тебя хочу.

— И я.

Джамиля призналась в этом совершенно спокойно, несмотря на то, что внутри всё горело и плавилось. Жар расползался по всему телу, его близость, сильные руки и такие знакомые, такие любимые губы вызывали в ней трепетный восторг.

— Я очень по тебе скучала, — еле слышно проговорила Джамиля и этих слов хватило Даниалу для одного решения.

Подняв ее на руки — совсем легкую, как пушинка — он направился в зал. По дороге шептали друг другу что-то, она смущалась, ластилась, а он просто с ума сходил от ее согласия. Уже в комнате Даниал аккуратно положил Джамилю на диван и навис над ней. Она сама потянулась к нему, взяла лицо в ладони и поцеловала.