Книга Любовь без памяти, страница 36 – Олли Серж

Оборачиваюсь, поймав волну стыда и ожидая увидеть старенькую продавщицу. Но за спиной оказывается не женщина, а Андрей.

Стоит и смотрит на меня из-под своей темной рясы осуждающе.

Я подкатываю глаза, ожидая нотаций.

— Ты, кажется, за рулем, — говорит монах.

— Да… — агрессивно рычу, не давая ему договорить. — Я за рулем и собираюсь бухать! Что не так?

— Это не мне судить, — спокойно отвечает Андрей. — Я просто хотел попросить о помощи. Конфеты детям на праздник привезли. На руках за одну ходку коробки не донести. Несколько раз ходить придется. Но раз ты не можешь…

Мне становится мгновенно стыдно.

— Помогу, — говорю угрюмо. — Показывай, где твои коробки.

Засовываю бутылку в карман куртки и иду следом за Андреем в подсобные.

Распределив друг другу по три короба, забираем их и несем в багажник. Проходя момо кассы, оставляю на краю ленты тысячу рублей.

— Это за что, милок? — Спохватывается старушка-кассир.

— Армянский у меня и «Парламент». Сдачи не надо.

Едем с Андреем-Феофаном молча. Я намеренно не отвечаю на его пристальный взгляд в зеркале, потому что сам прекрасно умею толкать нудные и правильные речи.

Вот только, сука, жизнь человеческая она несколько сложнее, поэтому Андрюха теперь монах, а я — вот такой многолетний затворник и, по всей видимости, будущий алкаш.

Когда Летта отживет свойсобачий век, я сто пудово замерзну пьяный в лесу. Хорошо, что родителей давно нету… Мать бы не пережила, увидев меня таким.

Заворачиваем с трассы на проселочную.

— Смотри, что это там? — Вдруг дергается Феофан.

— Где? — Хмурюсь я, выныривая из своих мыслей.

— А вон там, за рекой, где гостевые стоят.

Я притормаживаю и вглядываюсь в окно.

— На пожар похоже. Нужно бригаду вызывать.

— Да кто к ним проедет сейчас! — Повышает голос монах. — Трактора трассу третий час разгребают! Три аварии из-за летней резины. Разворачивайся и гони!

— Твою ж мать! — Чертыхаюсь. — Пристегнись!

До места пожара мы долетаем за семь минут, но этого оказывается достаточно, чтобы пламя разбушевалось до невероятного размера: на крыше и левом крыле просто нет живого места.

К нам практически под колеса выбегают две девушки в курточках на распашку и с бэйджиками. Явно из службы размещения.

— Помогите! Помогите, пожалуйста! — Они обе почти рыдают. — Там человек внутри. Почему-то система пожаротушения не сработала! А у нас нет никого. Завхоз вместе с поварами в город уехали к праздникам закупаться!

Мы с Андреем вылетаем из машины и обеспокоено переглядываемся. Стоит ли рисковать?

— А точно внутри есть человек?

— Точно, точно, — рыдает блондинка. — Пьяный он просто. Я ему час назад аптечку приносила. Поранился. Скорее всего, спит!

— Твою ж мать… — сплевывает Андрей. — Ну чего? — Кивает мне. — Кто пойдёт?

— Вместе пойдём, — отвечаю ему, доставая из тачки огнеупорное одеяло. Режу его на две части, чтобы прикрыть голову и спину. — Только полы рясы заткни за пояс.

Девочки-администраторы вручают нам электронный ключ, но он, естественно, оказывается абсолютно бесполезным. Электричество заблокировалось. Скорее всего поэтому и не сработала система тушения. Случайно это произошло или намеренно, пусть разбираются другие. А мы…

— Давай, — командую монаху. — Навалились Андрюха!

Дверь послушно слетает с петель. Это называется — безопасность на донышке.