Книга Я слежу за тобой. Не бойся., страница 16 – Олли Серж

— Неть… — шепчет девочка.

Заговаривая зубы, уношу ее в игровую. Там мы знакомимся, сооружаем операционную, делаем зайцу наркоз, а потом пришиваем ему лапку. Постепенно к нам начинают подтягиваться другие дети. Конечно, им интересно, что происходит.

Маша сияет, надев на себя белый игрушечный халат. Важная. Приносит из спальни ещё куклу с оторванной ногой и распотрошенного жирафа. Меня радует, что все игрушки у детей красивые и новые. Видимо, у этого интерната где-то есть очень щедрый спонсор.

Помня про то, что дети часто обижают игрушки, я делаю попытку вовлечь их в игру.

— Здесь мы вдвоем с Машей не справимся. Нам нужен асистент! Кто хочет быть ассистентом врача и делать операции?

— Я, я, я! — Кричат дети.

— Ты будешь накладывать гипс. А ты делать уколы, как медсестра, — раздаю детям роли.

Игра постепенно начинает расти уже без моего участия.

Осторожно выйдя из детского оцепления, смотрю на часы и понимаю, что уже безумно опаздываю за сыном в сад. На телефоне несколько пропущенных. Почему детей не позвали на ужин!?

Выбегаю из игровой, едва не сбивая притаившихся в дверном проеме воспитателей.

— Вот и как нам их на ужин звать? — Шепчет нянечка. — Никогда игрушки не чинили… Такие молодцы.

— У вас талант, — вторит воспитатель. — Может быть, пойдете к нам работать? Людей всегда не хватает.

— Извините, — говорю смущенно, — мне совсем уже пора бежать. И по образованию я, к сожалению, не учитель, а филолог.

Чтобы успеть за Мишкой, мне приходится взять такси. Его как-то раз уже оставляли с охранником. Сын не оценил этой компании.

Нервничая, пишу воспитателю в чат, что уже в пути и тысячу извинений. Мы всегда уходим последними…

Как вдруг телефон вздрагивает звонком с незнакомого номера.

— Алло, — поднимаю трубку.

— Марина! — Слышу в динамике женский старческий голос. — Это ты, Марина?

— Я… А вы?

— Ая соседка. Матери твоей. Что напротив. Ты бессовестная, что творишь?

— А что я творю? — Замираю.

— Мать кашляет. Задыхается. Ты бы ей хоть лекарства купила. Да к врачу в город отвезла. Хорошо хоть дете соизволила забрать! А мать что? Не найдешь матери в квартире?

— Теть Тонь… — вздыхаю, не зная, как оправдаться. — Да она ж не хочет. Работа говорит…

— Перехочет! Вот что. Тебе говорю. У меня больше она жить не может. Весь дом не спит. Я мать твою люблю. И вот такое, чтобы при живой дочери в столице она от бронхита померла, терпеть не стану. Ещё спасибо мне скажет!

— Я вас поняла, теть Тонь, — вздыхаю. — Я что-нибудь придумаю.

— Вот такие вы детки! — Фыркает женщина и кладет трубку. — Придумает она!

Я зажимаю виски руками. Тетя Тоня права. Маме нужно починить котел и заставить ее сходить к врачу. Но даже если я грохну на это всю зарплату, которую получила, мне не хватит. Как быть?

Вспоминаю деньги, которые отдала в полицию и усмехаюсь. Идиотка я пуганная. Сейчас бы мне эти денежки очень сильно помогли.

Забираю из садика сына. Чтобы немного загладить перед ним чувство вины за опоздание, разрешаю ему зайти в кондитерскую и купить его любимых пирожных.

Напротив кондитерской вдруг замечаю отделение банка. Новое, в воздушных шарах. Наверное, только открылось.

Вывеска «кредиты на ваши нужды со ставкой пятнадцать процентов» заставляет меня замедлить шаг. А что если?

Может быть, это выход? Нужно хотя бы зайти и узнать условия.