Книга С любовью, Луна!, страница 27 – Лина Мак

Вот и сейчас я сижу в огромной светлой комнате. За огромный прямоугольным столом. Вокруг происходит… а Бог его знает, что происходит? А я смотрю на свои красные ногти и думаю, что скоро нужно бы сделать коррекцию, а то как-то некрасиво с таким ярким лаком и отросшие ноготки.

Шум вокруг начинает набирать обороты. Кто-то с кем-то, что-то решает. А во мне сейчас абсолютно по барабану. Полностью! Может разогнать их всех? Ведь я же не хотела ехать сегодня сюда.

Моим первым планом было найти побольше информации, которая бы помогла мне понять: кто я такая. Но моя Дюймовочка Юля заявилась ко мне ни свет, ни заря и начала щебетать птичкой о куче дел, которые требуют моего присутствия.

— Виктория Викторовна. — тихо позвала Юля. — Вам нехорошо?

— Всё в порядке, Юль. Всё в порядке. — ответила отстранённо.

Когда мы ехали на «работу», я даже представить не могла, что должна буду делать, если последние пять лет, с перерывом на декрет, я работаю в музее. Небольшом поселковом музейчике, в котором организовую скучные экскурсии для подрастающего поколения. Составляю разные планы мероприятий, на которые, кроме пенсионеров, никто не приходит, и веду учёт данных по экспонатам.

А здесь, оказывается, у меня две гостиницы и проектный план на санаторий.

Куча персонала. Заместители. Заместители заместителей. Помощники и ещё целая рота «солдат» обслуживающего персонала!

И этим всем «Я» руковожу! Ох, как же всё не вовремя! Как же не вовремя!

— Юля. — зову спокойно помощницу, — А долго ещё продлиться вся эта вакханалия? — спрашиваю у девочки, а она давится воздухом. Вот прямо видно, как она вдыхает и начинает краснеть, потому что выдохнуть не может.

— Виктория Викторовна. — хрипит в ответ. Значит, пришла в себя. — Вам же нужно… — начинает нервно что-то листать в планшете, после открывает мой ежедневник, который сама же и принесла, а потом просто поднимает на меня растерянный взгляд.

Во-о-о-от! Теперь вижу, что ей дошло: мне вот по барабану, чтоэтой Вике нужно. Я хочу сейчас понять, что делать со всем этим. А в идеале — вернуться домой!

Но этот шум! А-а-а, была, не была!

— Дети ра-а-аз! — произношу громко и чётко, поднимая свой взгляд на всех присутствующих. И… о чудо! Все, с охреневшими лицами, резко замолкают и уже смотрят на меня. Ага, эффект есть, значит, заканчиваем, — Ой. Простите, оговорилась. — произношу с самым невинным видом, но реакция получается обратная. Все почему-то напрягаются. — Меня все слышат? — в ответ получаю нестройных хор кивков, — Отлично. Значит так: сейчас вы все, соберётесь и дружненько свалите из этой комнаты по своим рабочим местам. Андестенд ми?

О, как я заговорила! Прямо сама в шоке. Но мой шок не сравнится с тем, который сейчас выражают лица присутствующих.

И самое обидное — я же никого из них не знаю! А должна слушать все эти отчёты, в которых ничего не понимаю.

Но все сидят. Никто даже с места не сдвинулся. Интересно, может, я на каком-то непонятном языке заговорила?

— Юленька, — поворачиваю голову к белой как мел, помощнице и улыбнувшись спрашиваю громко, — Я на русском языке разговариваю сейчас? — она кивает. — Мг. И ты меня понимаешь? — опять кивок, — Отлично. — теперь уже перевожу взгляд на всё ещё сидящих за столом сотрудников, — Так какого же хрена, меня не поняли остальные? — грубовато? — возможно. Но уж очень хочется остаться сейчас в тишине и подумать.