Книга Бесчеловечный босс, страница 40 – Рокси Нокс

Мужик лезет в карман брюк и достает бумажник.

– Уберите это, – кривлю губы. – Я не шлюха, понятно Вам? Я действительно работаю в Фирме «Лир», и если Вы хоть пальцем…

Не успеваю договорить, как мужик хватает меня за ногу, сгибает ее в коленке и забрасывает на свое бедро. Я громко вскрикиваю и пытаюсь устоять на одной ноге. Бородач прижимается ко мне пахом и обдает лицо алкогольными парами:

– Не дергайся. Я быстро.

Его пальцы расстегивают пуговицу на шортиках, и я что есть сил заряжаю ему по руке:

– Отвалите от меня!

– Ах так? – злится.

– Отпусти ее, Гусейнов! – слышу знакомый голос и поворачиваюсь. Игнат Романович, родненький…

Мужик расплывается в дикой улыбке, но мою ногу отпускает.

– Пойдем, Нат, – обращается ко мне босс, протянув руку.

Делаю пару шагов в сторону Лозового, изо всех сил стараясь не побежать.

***

Игнат

Коктейль гнева и адреналина пронесся по моему телу, вызывая желание начистить Гусю рыло. Он посмел тронуть мою мартышку, прикоснуться к ней своей грязной ширинкой. Она бледная и дрожит, видимо, бородачуспел ее хорошенько припугнуть.

Надо убрать этого озабоченного психа подальше от нее. Все-таки это я привел ее сюда, и я ручаюсь за ее безопасность.

– Хочешь защитить честь своей шлюхи? – усмехается Гусь и сжимает кулаки. – Вперед, Лоза!

Гусь хрустит пальцами и разминает мощную шею. Несмотря на бурлящий гнев драться здесь я не собирался, но у меня нет выбора. Встаю в стойку: кулаки сжаты, левая нога отведена назад.

– Не надо! – кричит мартышка.

На секунду поворачиваюсь к ней, и Гусь обрушивает на меня кулак. В следующую секунду я уже лежу на земле, и мою щеку пронзает адская боль.

Мартышка верещит и бросается на бородача. Запрыгивает к нему на спину и стучит по ней кулаками. Он пытается сбросить ее с себя, но она вцепляется ему в бороду. Гусь грязно выругивается и отпихивает ее. Наташка не падает, а снимает туфлю и заряжает ему каблуком в нос.

В следующий момент к нам бежит охрана и забирает матерящегося Гусейнова.

Я ржу, несмотря на боль в правом глазу. Наташка бросается ко мне и громко ахает.

– Что все так плохо, да? – спрашиваю, имея в виду свое лицо.

– Она ударила меня! – орет Гусейнов, садящийся в свой «Крузак».

Вышибалы просят шефа успокоиться и напоминают, что он собирается баллотироваться в местную Думу, поэтому ему никак нельзя драться с женщиной.

– Вам конец! – угрожает Гусь напоследок и захлопывает дверцу авто.

– Ты разбила ему нос, мартышка, – говорю с восхищением.

– Поняла, что от Вас никакого толку, – отвечает задиристо.

Я пытаюсь встать, но получается только со второй попытки. Покачиваюсь на ногах, глаз пульсирует.

– Просто я давно не практиковался в драках, – признаюсь честно. – Как-то не было желающих со мной сразиться до этого случая, – криво усмехаюсь.

Мартышка дотрагивается до моего лица, чтобы рассмотреть ушиб.

– Будет фингал, Игнат Романович.

– Это плохо, – киваю.

Она убирает руки, но мне хочется, чтобы она снова ко мне прикоснулась.

– Вам нужно приложить лед.

– Давай зайдем в бар, – указываю подбородком на светящиеся неоном двери, – думаю, там найдется не только лед, но и виски. Мне сегодня понадобится обезболивающее.

В баре Наташка просит у бармена пакет со льдом и протягивает мне:

– Вот, приложите к лицу, пока не онемеет. Ваш глаз уже начинает опухать.